Книга Бывшая жена. Я восстану из пепла, страница 67 – Тая Наварская

Но блондинка будто не слышит моих слов, напрочь растворяясь в собственном горе. Глухо выругавшись себе под нос, я раздраженно поджимаю губы, а затем решительно хватаю девицу за локоть и вздергиваю ее обратно на ноги.

— Да перестань ты реветь! — рявкаю я, чуть повышая голос. — Вызови такси и езжай домой! А утром будь в больнице как штык! Мише понадобится твое присутствие!

Катя замолкает и пораженно хлопает глазами, явно не ожидая от меня подобного поведения. А я одергиваю руку и сурово продолжаю:

— Мне больше некогда с тобой нянчиться. Я еду домой, к детям. Поэтому дальше сама.

Поворачиваюсь на каблуках, намереваясь выйти на свежий воздух и уже там вызвать такси, когда в спину прилетает жалостливое:

— Адель, а вы приедете сюда завтра?..

Сжимаю зубы. На пару мгновений прикрываю глаза, а потом как можно спокойней отвечаю:

— Не знаю. Если у меня будет такая возможность.

— Пожалуйста, приезжайте. Миша будет рад вас видеть. Я точно знаю!

Я никак не комментирую ее последнюю реплику. У меня просто нет на это сил.

Расправляю плечи и, на ходу извлекая из сумочки телефон, устремляюсь прочь из больницы.

Утро приходится начинать с печальных вестей.

Дождавшись, пока Леня позавтракает, я сажусь напротив и сообщаю, что его папа в больнице. Травмирующих подробностей хочется избежать, но сын уже достаточно взрослый для того, чтобы задавать правильные вопросы. И я вынуждена отвечать на них честно, ибо ложь никогда не приводит ни к чему хорошему.

Как я и ожидала, Ленька заметно сникает. Даже просит меня отвезти его к Мише в больницу, но я отвечаю, что еще слишком рано. В конце концов, я по-прежнему имею довольно смутное представление о том, в каком состоянии сейчас находится мой бывший муж. Для начала я должна разведать обстановку самостоятельно, а уже потом — вести к нему сына.

Леня относится к моим доводом с пониманием, но я вижу, какой тревогой охвачено впечатлительное детское сердце. Поэтому принимаю решение, не медля, отправиться к Мише в больницу. Пускай я ему уже давно не жена, но дети-то у нас все равно общие. А значит, я не могу просто взять и отмахнуться от его бед.

Сначала заезжаю за машиной, оставленной на офисной парковке, а потом вбиваю в навигатор адрес больницы. По дороге мне звонит Аршавский и довольно участливо интересуется, как у меня дела. Бегло описываю ему вчерашние события и обещаю перезвонить позже. Сейчас мои нервы слишком напряжены, так что поддерживать беседу получается с трудом.

Когда я подхожу к регистратуре и объявляю о своих намерениях, выясняется, что Кати в больнице еще нет. Но тем не менее медсестра без лишних вопросов провожает меня к Мише, который, по ее словам, уже находится в сознании.

Перешагивая порог палаты, я испытываю смесь страха и паники. Меня колотит крупная дрожь, а руки болезненно немеют. Но я прячу неудобные чувства в самый дальний уголок души и, нацепив на лицо маску невозмутимого спокойствия, приближаюсь к Мишиной койке.

Бывший муж выглядит плохо. Очень-очень плохо. Его лицо отекло от многочисленных ссадин и ушибов, под глазами залегли темные синяки. Торс затянут специальным медицинским корсетом, тело практически обездвижено. Сломанная нога загипсована и подвешена на специальном устройстве. В кожу воткнуто куча катетеров и трубочек, очевидно, обеспечивающих процесс подачи необходимых лекарств и обезболивающих.