Книга Бывшая жена. Я восстану из пепла, страница 23 – Тая Наварская

Облизнув губы, Миша воровато озирается по сторонам, а затем выходит из-за стола и, на ходу приложив трубку к уху, покидает шумную столовую…

Мишин уход из столовой с телефоном сопровождаю внимательным взглядом не только я. Вера и Наташа тоже это замечают. А потом переглядываются друг с другом.

Снова очень многозначительно.

Наташа поджимает губы. Вера хмурится. А потом обе как по команде косятся на меня. И я прямо кожей чувствую, что тут что-то не чисто.

Как на самом деле они познакомились? И почему обе выглядят так, будто скрывают какой-то заговор? Миша просто вышел с телефоном из-за стола, а Наташа с Верой уже мигом напряглись.

И эти их постоянные гляделки…

Такое ощущение, будто я что-то упускаю. Что-то небольшое, но чрезвычайно важное. Может, у подруг есть от меня какой-то секрет? И он как-то связан с моим мужем?..

Я вновь кошусь на дверь, за которой минуту назад скрылась статная фигура Михаила. Интересно, кто ему позвонил? И почему он улыбался, глядя на мобильник? Может, это кто-то с работы? Хорошие вести сообщили?

Мне хочется верить, что это именно так. Отчаянно хочется. Но суровый внутренний голос ядовито нашептывает: «Не будь дурой, Аделина. Никто не читает рабочие сообщения с выражением счастливого блаженства на лице. Это точно что-то личное».

Закусываю губу и фокусирую взгляд в стоящей передо мной тарелке. За ребрами неумолимо тянет: то ли от голода, то ли от терзающих душу подозрений.

— Милая, а ты почему ничего не ешь? — спохватывается мама, подкладывая мне в тарелку салата. — Аппетита нет?

— Все в порядке, — вымучиваю из себя улыбку и для убедительности беру в руки вилку. — Я просто очень рада быть дома, мам.

Родительница растроганно охает и ласково поглаживает меня по колену.

Я кладу в рот немного оливье, но вкуса, как ни странно, не чувствую. Внимание по-прежнему сосредоточено на мыслительных процессах. На попытке понять, почему моя по обыкновению спящая интуиция воет истошной сиреной.

Пробую сопоставить факты. Странное поведение брата, когда речь заходила о моем супруге. Нетипичная напряженность подруг и мутная история их знакомства. Мишина отстраненность. Его довольная улыбка при взгляде на экран мобильника. Прямо как у кота, обожравшегося сметаны.

Со стороны все выглядит так, будто у моего благоверного есть какая-то нехорошая грязная тайна. А Вера с Наташей о ней знают.

Но если знают, почему молчат? Ведь они обе приходили ко мне в больницу и вели беседы наедине. Вера даже не единожды… Если бы им и впрямь было, что мне сказать, то они непременно сказали бы.

Ведь сказали бы, верно?..

Дурной червячок сомнений снова дергается где-то в области солнечного сплетения, и я болезненно морщусь. Не дело, что я сижу на семейном застолье и думаю о плохом. Мне бы сосредоточиться на радости возвращения домой, на общении с близкими, а не гадать, что от меня скрывают муж и подруги. И почему.

Сбрасываю навалившийся морок и изо всех сил пробую сосредоточиться на рассказе отца о том, как он решил открыть у себя в гараже плотническую мастерскую. Не так давно папа вышел на пенсию, передав управление семейным холдингом моему старшему брату Роману, и теперь наслаждается жизнью. Проводит время с внуками, увлекается резьбой по дереву, читает книги.