Книга Книжный магазин «Булочка с корицей», страница 25 – Лори Гилмор

Хейзел оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что он идет за ней, и ее губы тронула озорная улыбка.

Если она продолжит так на него смотреть, он больше не сможет отвечать за ход своих мыслей. Эта Хейзел Келли – просто источник неприятностей.

А Ноа любил неприятности.

Обычно Хейзел сторонилась карнавала, как чумы, поэтому не была здесь уже много лет. Наверное, со времен старшей школы. На самом деле она была почти уверена: ее бросало в холодный пот при взгляде на чертово колесо именно потому, что однажды они с Энни на целый час застряли наверху во время грозы и она была тогда убеждена, что так и умрет нецелованной.

Энни предложила помочь с этим вопросом, но ведь это совсем не то же самое, что поцелуй с Хитом Райаном, в которого Хейзел тогда была ужасно, безответно влюблена. Поэтому она вежливо отказалась, и они так и сидели, прижавшись друг к другу и вскрикивая от каждого раската грома вдалеке.

К тому времени, как приехали спасатели, они с Энни промокли и страшно перепугались. А Хейзел больше никогда не ходила в парк аттракционов и не каталась на чертовом колесе. Но на самом деле она не ходила на карнавал вовсе не из-за того травмирующего случая.

Просто считала, что ей здесь не нравится.

Слишком жарко.

Слишком людно.

Слишком шумно, суматошно, безумно и…

Хейзел так и не смогла вспомнить другие причины, потому что Ноа решил заняться призовым метанием колец и одарил ее дерзкой улыбкой, будто всерьез был настроен выиграть для нее мягкую игрушку. И поскольку Хейзел была зрелой, взрослой женщиной, такая перспектива ее совсем не радовала.

Она взяла его сладкую вату и отправила в рот еще кусочек. Сахар быстро попал в кровь, и, видимо, именно поэтому ее желудок вытворял всякие странности, пока она наблюдала, как Ноа по одному бросал три желтых кольца на деревянные колышки. И каждый раз промахивался.

Он отдал подростку, работавшему в киоске, еще несколько билетов.

— Это была лишь разминка.

— Хм. Да, разминка – это важно.

Ноа улыбнулся ей, а потом вновь сосредоточил внимание на колышках. И опять промахнулся. Три раза подряд. Он застонал.

— Джейн предупредила, что игра сложная.

Хейзел рассмеялась.

— Сказала мне, чтобы старался изо всех сил.

— Хороший жизненный совет.

— Умная малышка. – Ноа подмигнул ей и бросил еще одно кольцо. Оно закрутилось вокруг колышка и упало на землю. Ноа грустно опустил голову: – Черт.

— Ладно, чемпион. Может, в следующей тебе повезет больше, – Хейзел положила ладонь на его руку, чтобы отвлечь от игры, но неожиданно задержала ее на бицепсе. Он был такой… твердый.

Ноа позволил увести его прочь и взял Хейзел за руку, пока она не успела отстраниться. Его ладонь тоже оказалась крепкой, большой и сильной и, наверное, способной на более интересные занятия, чем метание колец.

Она прокашлялась:

— Знаешь, если будем держаться за руки, весь город уже к понедельнику нас поженит.

Ноа тихо рассмеялся, так чтобы слышала только она, и, наклонившись, прошептал ей на ухо:

— Ничего не имею против.

Хейзел, нахмурившись, покосилась на него, пока они пробирались сквозь толпу.

— Ой, да брось.

— Что «ой, да брось»?

Она недоверчиво хмыкнула:

— Всем известно, что ты не остаешься с женщинами дольше, чем на лето. Максимум два месяца. Такими темпами ты бросишь меня к моему дню рождения.