Книга Елочная ферма «Аромат зимы», страница 89 – Лори Гилмор

— Точно! Я и забыла, что это ты виноват в снежной буре.

— Что я могу сказать? В минувшем году я очень хорошо себя вел.

Кира рассмеялась и прильнула к нему. Неужели всего-то неделю назад она мечтала о таких нежностях с ним на фестивале гирлянд? А теперь они стали чем-то естественным. Кира уже начала считать, что эти ласки обязаны остаться в ее жизни.

Девушка отстранилась.

— Ого! Очень скромно.

Беннет пожал плечами, игриво усмехнулся:

— Как насчет завтрака перед обыском чердака?

— Я только за.

Кира проследовала в дом следом за Беннетом – по сравнению с улицей прихожая показалась даже теплой. Ночью электричество починили, так что хотя бы о нем волноваться не пришлось. Они скинули верхнюю одежду, развесили ее сушиться на спинках стульев и крючках. Беннет надеялся найти на чердаке подставку для елки, а хотел обзавестись симпатичными гирляндами. А Кира отчаянно старалась не привязываться к их уютному совместному быту.

Однако было уже слишком поздно.

Истосковавшаяся, одинокая Кира впитывала все это как губка. Время с Беннетом, его беззаботную болтовню, тепло его тела, его нежную улыбку. Кира желала всего этого. И избалованная богатая девчонка в ее душе уже топала ножкой и стискивала кулачки, вытянув руки по швам. Кира хотела такой жизни, хотела его.

Самое ужасное, что она отлично понимала, как именно получить желаемое. Беннета легко убедить. План появился в голове сам собой. Хоть Беннет и говорил, что уедет, Кира знала: несколько вовремя сказанных фраз, пара обещаний, еще какие-нибудь проблемы с фермой – и чаша весов быстро склонится в ее сторону. Беннет останется, заполнит щели в ее сердце. Займется всем тем, что Кира не хотела или не умела делать.

Может, какое-то время они проживут счастливо. Вот только в глубине души Кира будет знать: она заманила сюда Беннета, сманипулировала им. И вообще, с каких пор ей нравится уютная бытовуха? Что случится, когда такая жизнь надоест Кире?

Да, глядя на то, как Беннет варит кофе, готовит яичницу, девушка не могла представить, что от этого можно устать. Но однажды ей непременно это наскучит. И тогда придется разбить его сердце. И все потому, что Кира не терпела одиночества и эгоистично брала желаемое, как и прежде.

Беннет поставил перед ней тарелку с яичницей и тостами. Кира попыталась улыбнуться, но лицо казалось застывшим, недвижимым.

— Ты в порядке? – спросил Беннет.

Кира посмотрела через стол, ему в глаза. Лицо у мужчины до сих пор было розовым от работы, а челка намокшей от пота. Серые глаза этим утром светились теплом и больше напоминали ее любимый плед из мягкой пряжи, чем грозовое небо. От этого взгляда стало физически больно. В груди тоскливо заныло – там зарождалась дыра, которая останется после его отъезда.

Кира с трудом сглотнула.

Хватит! Беннет – развлечение на рождественские каникулы и ничего больше. Далеко не первый подобный романчик в ее жизни. Незачем так заморачиваться.

Кира натянула улыбку, предназначенную для конкурсов красоты и светских вечеринок ее матери, и держала ее на лице, пока щеки не начали болеть.

— Да! В полном.

Кира подула на ладони и потерла их, тщетно пытаясь согреться.

— И почему тут еще холоднее, чем внизу?

— На чердаке нет отопления…

Кира бросила на него недовольный взгляд.