Онлайн книга «Измена. Уходя, - уходи»
|
А по моим щекам уже текут слезы. Сдерживать их нет сил. Уткнувшись лицом в плечо Ирины, я стараюсь заглушить рыдания. Удается с трудом. Но надо взять себя в руки. Скоро подойдет моя очередь. И вообще… мне нельзя нервничать. — И давно? — коротко спрашивает Ира. Подавив глубокий вздох, так же коротко отвечаю: — Вчера сообщил. — А ты? — А я ничего не рассказала. Она смотрит на меня глазами-блюдцами, говорящими о том, что подруга считает меня ненормальной. — Ты нормальная? — констатирует она, уже облекая в словесную оболочку свое мнение. — Мне показалось, что сообщение о моей беременности после его признания в измене прозвучало бы, как обман, шантаж. Он мог не поверить мне. И решил бы, что я просто хочу удержать его этим… Хотя… ты же сама видела. Моя беременность чуть-чуть опоздала. — Юль, но ведь это же получается, что он… — Да, — тяжело вздыхаю. — Ты совершенно права. Получается, он не отказывал себе в удовольствии спать с нами обеими. — Но ты должна рассказать ей об этом. — Ира, я никому ничего не должна. И давай договоримся, что ты больше никогда не будешь настаивать на этом. И еще: у меня будет ребенок, а отца у него нет. Это понятно? — Понятно. Непорочное зачатие! — Ну где-то так, — соглашаюсь я с ее шуткой. Но мне становится немного легче, что она понимает меня. Значит не будет уговаривать, чтобы я сообщила Руслану о моей беременности. Мне же совсем не хочется это делать особенно после того, что я увидела. Ведь, судя по срокам беременности его новой возлюбленной, их связь продолжается не первый месяц. А быть может, и не первый год! Какой же он подлец! Меня посещает странная мысль. А что если Ирина права, и мне следовало бы рассказать его женщине о том, что я тоже жду ребенка? Ведь он, наверняка, втюхивал ей байку про то, что не спит со мной! И что это даст? — задаю себе вопрос. Но ответить не успеваю, слышу, что медсестра называет мою фамилию. Поднимаюсь, поддерживаемая Ириной, и, с трудом передвигая ноги, прохожу в кабинет. Глава 8 Врач смотрит на меня с нескрываемым осуждением. — Что же это Вы, милочка, довели себя до такого плачевного состояния? — Я… Мне бы узнать, точно ли я беременна, — головная боль давит на глаза и мешает говорить. — А с глазами что, плакали? Я виновато молчу. Тогда гинеколог обращается к Ирине: — Что случилось, может, сначала не ко мне на прием, а к психотерапевту? — Ну есть небольшие проблемы в семье… с мужем… — Ладно, проходите, раздевайтесь, — эти слова уже относятся ко мне, и я покорно выполняю распоряжения серьезной женщины, которой благодарна за то, что она не настаивает на выяснении наших семейных разборок. — Ну что ж, беременность три-пять недель, — констатирует она, и я облегченно вздыхаю, ощущая, как стекают по щекам радостные слезинки. — Точнее можно узнать на УЗИ. — После осмотра она смотрит на меня сочувственным взглядом и продолжает: — Что будете делать? Рожать или прерывать? Первая беременность, поэтому аборт не советую. Но если… — Нет-нет, что Вы! Я буду рожать! При этих словах к горлу подкатывает ком, глаза застилает плотной пеленой, и я проваливаюсь в темноту. Прихожу в себя в незнакомом помещении. Поражает белизна предметов. Понимаю, что нахожусь в больничной палате, и с радостью обнаруживаю Ирину, склонившую голову на прикроватную тумбочку. Она задремала, сидя на стуле. Но при первых моих движениях распахивает глаза: |