Книга Подкидыш из прошлого, страница 96 – Гала Григ

Он напугал меня своей гневной отповедью. Обидел даже. Получается, это по моей инициативе мы расписываемся. Вынуждена признаться себе, что он в основном прав. Вот только зачем спешить.

Ведь до сих пор нас устраивали такие отношения. Чисто дружеские, при которых оба были свободны от каких-либо обязательств. Почему бы не оставить все по-прежнему. А что про штамп в паспорте, так можно оформить фиктивную сделку.

Сделку с чем? — возражаю себе. — С совестью? Ведь я обязана этому человеку всем. Даже тем, что у мня есть Ромка. Поэтому я направляюсь сейчас в магазин, где буду выбирать кольца, которые станут символом нашей семьи. Семьи, которая создается не во имя любви, а ради достижения заветной цели. Ради усыновления ребенка, которого я очень люблю.

И если для этого надо выйти замуж за нелюбимого человека, я согласна.

Робкий голос совести напоминает, что вряд ли я смогу осчастливить Антона, жертвуя своей свободой. Но если по-другому никак? Сейчас я оказалась на месте Матвея. Эта мысль пришла неожиданно, но была верной. Ведь я сама уговаривала Минина поступить почти так же, как предстоит мне. И тоже ради ребенка. Значит, все правильно. И не может быть иначе.

А любовь? Антон чуткий и добрый человек. Он сделает все, чтобы мы были счастливы. Чтобы у нас была нормальная семья. Антон, я и наш малыш. В сердце больно кольнуло. Общего ребенка у нас никогда не будет. И Антону это хорошо известно. Не стала скрывать от него невозможность забеременеть и выносить малыша.

В памяти вспыхнул момент, когда я сообщила об этом Матвею. Он тогда никак не отреагировал на мое признание. Наверное, оттого, что его мысли уже были заняты не мной.

— Ксюша, — вдруг слышу свое имя и вздрагиваю. Голос до боли знакомый. Но ведь этого не может быть! Мне показалось. И, ускоряя шаги, продолжаю идти к магазину, где договорились встретиться с Антоном.

— Ксюша, постой! Одну минутку…

Замираю в нерешительности. Не показалось. Сердце ухнуло в пропасть. Медленно поворачиваюсь. И застываю, скованная параличом. Это галлюцинация. Сон наяву, навеянный моими воспоминаниями.

— Мммматвей?! — шепчу онемевшими губами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мы оба стоим как громом пораженные.

Молча смотрим друг на друга.

— Ксюша, выслушай меня. Только выслушай, — первым находится Матвей. Я по-прежнему не могу произнести ни слова.

— Не верю своим глазам. Неужели я все-таки нашел тебя. Я искал тебя… долго. В тот же вечер. И потом. Но ты исчезла, словно в воду канула. Вот смотри, что я нашел у скамейки, на которой мы любили сидеть в парке.

Минин открывает ладонь, а на ней поблескивает сердечко. То самое, которое он подарил мне вместо помолвочного колечка.

Не слышу его слов, не вникаю в их смысл. Но маленькое сердечко! О ужас! Неужели это был он? Получается, он преследует меня. Что ему от меня надо?

— Ксюша, любимая, что с тобой? Я испугал тебя? — Матвей делает шаг ко мне. Я в ужасе отступаю назад. И, наконец, нахожу в себе силы спросить:

— Так это был ты… тогда… в парке, — дыхание сбивчивое, говорить тяжело. Теперь обескуражен Матвей:

— Ну да, я искал тебя везде. А кулончик нашел уже через несколько дней после того, как ты исчезла. Там, у скамейки… где впервые поцеловал тебя. — Его глаза теплеют, голос стал мягче. Это меня успокаивает.