Книга Подкидыш из прошлого, страница 54 – Гала Григ

В ожидании Арины нервно хожу по гостиной. Она не спешит. Придумывает новую подлянку. Ну уж нет. На сей раз вариантов у нее нет и быть не может.

Жалко мальчишку. Что она может дать ему. Кто из него вырастит при такой мамаше.

— Так, дружище, вот уж теперь без соплей! Хватит позволять этой дряни вить из тебя веревки, — это возопил здравый смысл.

— И то правда, — соглашаюсь с ним, — финансовая помощь и только. Я и от этого вправе отказаться. Но уже дал слово. К тому же, мальца жалко. Да и Ксюше я обещал…

Ксюша… Вот тебе и оправдание, что моя совесть чиста. Хотя, нет. Ведь непричастность к отцовству еще не отрицает факт измены. Да. Вот так-то. Видимо, это так и останется на моей совести…

— Ну? Что это тебе вздумалось полуночничать. Да еще и меня из постели выдергивать. — Смотрю на эту мразь и поражаюсь. Откуда столько самообладания? Внешне она ничем не выдает волнения. А ведь знает, о чем пойдет разговор. Прекрасно знает. Но ведет себя так, словно чиста, как ангел.

— Арина, пора заканчивать комедию, которая длится с осени. Я порядком подустал от твоих хитросплетений. Но сегодня услышал ответ на вопрос, который мучил меня долгие месяцы.

— Что ты имеешь в виду?

— Арина, прекрати! Я все слышал. Все, в чем ты призналась матери и в чем так долго обманывала меня.

— А тебя в детстве не учили, что подслушивать нехорошо? — пытается перевести серьезный разговор на обычную перебранку.

— Хватит! — с силой опускаю кулак на стол. Не хочешь признаваться, тогда скажу я. Результаты теста будут готовы только через десять дней. Но они уже ничего не добавят к тому, что я услышал. Я — не отец твоего ребенка. И этим все сказано. Все претензии относительно отцовства можешь предъявлять какому-то там Вадиму.

— Ты спятил! Какой Вадим? Какое отцовство? Кошмар приснился или как? — продолжает она упорствовать.

— Арина… не надо. Я, конечно могу подождать еще десять дней. Но что это тебе даст? Давай разведемся тихо, мирно, без скандала.

Говорю, а внутри цунами. Какое там тихо, мирно! У меня вся жизнь наперекосяк. Я, как идиот, повелся на ее ложь. И потерял все! Потерял любимую женщину…

Кулаки немеют от боли, с какой я стискиваю их, чтобы не пройтись по этой смазливой физиономии. Странно, что испепеляющий огонь в моих глазах еще не превратил это исчадие ада в кучку пепла.

А она…

Она бросается ко мне на грудь и со слезами на глазах (как только ей удается выдавить их в нужный момент?) начинает втюхивать мне очередную легенду.

— Прости! Прости меня, Матвей! Ты все неправильно понял. Да, признаюсь, до тебя у меня были отношения с Вадимом, чье имя ты случайно услышал. Но ты все неправильно понял.

Отстраняюсь от нее, ощущая почти физическое ощущение прикосновения чего-то липкого, мерзкого. Смотрю с нескрываемым изумлением.

— Арина, в тебе явно погибает актриса высшей категории. Не старайся. Хотя, мне стало даже интересно, куда заведет тебя твоя неуемная фантазия.

— Матвеюшка, милый, — эк ее заносит! — Да, если честно, то я ведь и сама до сих пор не уверена, чей это ребенок. Поэтому и боялась проводить обследование. Но ты ведь простишь меня. С Вадимом это так, по глупости. А тебя я люблю… Очень. Больше жизни…

И надо видеть, как искренне произносит она свой монолог! Само раскаяние, сама невинность. Ну прям бедная и несчастная Сонечка Мармеладова, которую я должен понять и простить.