Книга Подкидыш из прошлого, страница 33 – Гала Григ

— Например? Что-то неотложное? Отчеты я до конца рабочего дня просмотрю. Что еще?

— Да то, дружище, что я тут кое-что откопал в бардаке, оставленном твоим дядюшкой. И, как предполагал, тебя ждет приличный капиталец. Только придется подсуетиться. До окончания срока вступления в наследство остается совсем ничего. А если его пропустить, придется ох как попотеть, чтоб добиться его продления. Ну и всяких там ненужных проволочек будет предостаточно.

— Так что вперед и с песней в светлое будущее, — радостно объявил он.

— Это еще куда?

— Куда-куда! Раскудахтался. На кудыкину гору, а вернее, в Штаты. Да-да, без этого никак. Придется тебе съездить. И в этом я уж точно тебя не смогу заменить. Личное твое присутствие о-бя-за-тель-но! И никаких отговорок. Основную бумажную волокиту я осилил. Теперь Ваш выход, маэстро!

Радостное возбуждение, охватившее Кадышева, мне не передавалось.

— На кой фиг мне переться в Америку? Да и кто знает, стоит ли того поездка. Может, там долгов по наследству больше, чем ожидается прибыль?

— Ты совсем того — ку-ку? Говорю же тебе. Я навел справки, списался с тамошним нотариусом. Все проверено, никаких долгов. А сумма — О-го-го! Так что поездка того стоит. Верь мне!

— Понимаешь, Илья. Странно вообще, что этот родственник вспомнил обо мне. Тем более перед уходом в мир иной.

— Кем он тебе приходится?

— Это так называемый единоутробный брат моей матери.

— Это как? Ты ничего не путаешь? Может, сводный. Про единоутробных братьев/сестер я как-то не слышал. Да и звучит как-то… пффф. По меньшей мере, жутковато.

— Я сам долго разбирался в этом. Дело в том, что у них разные отцы, но одна мать. А сводные, это когда один ребенок, к примеру, родился у матери в первом браке. И у отца тоже есть свой ребенок от другой женщины. Если они создадут семью, то их дети будут считаться сводными. Ясно?

— Достаточно туманно. Но проехали.

— Так вот. Когда-то давно отец дяди Аркадия эмигрировал в Америку. И долгое время даже не вспоминал, что здесь у него растет сын. Фактически его воспитывал отчим, родной отец мамы.

Но когда Аркаше исполнилось шестнадцать, его родной отец вдруг объявился и предъявил свои биологические права. Как рассказывала мама, целый год шли разборки, кто, кому и кем приходится и прочая волокита.

В итоге суд принял сторону истца. К тому же, сам Аркаша, как его всегда называли в семье, загорелся желанием уехать с родным отцом. И все бы ничего. Вот только связь с прежними родителями с тех пор прервалась.

Ладно бы он забыл отчима, но свою мать, то есть мою бабушку, как можно было вычеркнуть из жизни. Естественно, не вспоминал он и о сестре. Мама всегда с обидой вспоминала о том, как больно пережила расставание с ним. Как пыталась разыскать его. Только ни одна попытка не увенчалась успехом. А сам Аркадий при жизни ни разу не изъявил желания повидаться с сестрой.

Поэтому, честно говоря, не особо мне верится, что все так и будет, как утверждает нотариус.

— Волков бояться… дальше сам знаешь.

— Ну да. Кто не рискует…

Мы посмеялись над моими сомнениями.

Но Кадышев вдруг задал вопрос настолько неожиданный, что поставил меня в тупик.

— Скажи, Ксения знала о предполагаемом наследстве?

— При чем здесь Ксения?

— И все-таки. Просто ответь.

— Я в общих чертах написал ей СМС о вероятности его получения. Но это было так, почти в виде шутки. Якобы, смотри, какой я перспективный жених.