Книга Развод. Без права выбора, страница 50 – Гала Григ

Сердце жалобно заныло.

Нельзя!

Мне нельзя раскисать.

— А ты что здесь делаешь? — встречает вопросом Климов. Он заметно взволнован моим визитом. Не ожидал.

— Да так, пришла поинтересоваться, чем вы тут занимаетесь. И вообще хочется быть в курсе всех дел.

Смотрит на меня недоверчиво. Привык, что я практически перестала последнее время справляться о том, что здесь происходит. И зря, как оказалось. Придется наверстывать упущенное.

— С чего бы это? — пнул меня насмешливо.

— Вот решила вернуться. Не все же мне дома сидеть. Супчики варить, котлетки жарить да рубашки мужские наглаживать.

Возвращаю насмешливый взгляд, оценивая состояние его рубашки двухдневной давности. Раньше он такое себе, а точнее мне, не позволил бы. Видать, Жанна не очень-то и расстаралась для своего мужчины.

В том, что он устроился у нее, не сомневаюсь. Наверняка, побросали вещи в прихожей и… Не хочу думать, чем они занимались в ее квартире. Противно.

— И чем же ты тут займешься? — продолжает в прежнем тоне. — Здесь работать надо, а не прохлаждаться.

— Именно работой и займусь.

Стараюсь говорить уверенно.

— Агния, не смеши меня. Ты же забыла даже то, что мало-мальски понимала в делах компании.

— Ничего, вспомню. Не боги горшки обжигают.

— Хотел бы знать, с чего конкретно ты собираешься начать.

— С того, на чем остановилась. А конкретнее — возьму на себя руководство компанией. Ведь именно мне она принадлежит целиком и полностью.

— Не понял. Ты же доверила эту миссию мне! — Вот оно. Наконец-то Климов заговорил искренне, без фальши и насмешек.

— На словах, дорогой мой. Только на словах. По факту ты являешься всего лишь генеральным директором, который по собственной же инициативе взвалил на себя ношу главы компании. Но ее полноправным владельцем ты так и не стал.

— Агния!

— Агния Марковна, дорогой. Не забывайся.

— Послушай, но ты ведь подписала генеральную доверенность на мое имя.

Меня обдало кипятком. Но я сразу взяла себя в руки.

— Всякая доверенность имеет срок годности. И он уже истёк. — Ляпаю наобум, но с напускной уверенностью. И кажется, попадаю в точку. При всей своей изворотливости в коммерческих операциях Климов не совсем скрупулезно относится к оформлению документации.

Теперь уже его лицо покрывается красными пятнами. Это явный признак его растерянности. Вероятнее всего, он и сам понятия не имеет, на какой срок выдана доверенность.

Вот ты и вляпался, кровосос. Не все же паразитировать на чужом бизнесе. Тут я, конечно, не совсем права. Как бы то ни было, он успешно справлялся с возложенными на него функциями. Это я слишком беспечно отнеслась к унаследованному бизнесу.

И ведь все так бы и продолжалось, если бы эти двое не вздумали нажиться на мне, предав меня. И, что самое подлое, не просто предали, а еще и решили втоптать меня в грязь.

Стоп! Я опять о своей обиде. Об этом можно подумать позже, дома, в тишине. А сейчас нельзя давать ему опомниться и ускользнуть, как уж. Это он умеет.

— Ты чего это задумался, Константин Петрович? Растерялся даже как-то. Не стоит. Проще простого удостовериться, не истекли ли интересующие тебя сроки прямо сейчас. Загляни в сейф. Что же ты застыл?

Пру напролом, понятия не имея, какая истина откроется перед нами обоими. Дело в том, что я тоже не помню, как давно подписывала хоть какие-то документы. Но понимаю, что это надо выяснить немедленно… пока не вмешалась Жанна.