Книга Любимая для Грома, страница 96 – Надежда Борзакова

Не оборачиваясь, я замерла за столом. Вилка и нож зависли над тарелкой. В наступившей тишине был слышен лишь тихий звук уверенных шагов пришедших. Один, два, три, четыре. Их четверо?

Беркут сел напротив меня. Развалился в кресле и несколько секунд молча рассматривал так, словно ждал, что я сейчас зарыдаю от ужаса и стану умолять, чтоб меня не трогал.

— Скажи своим бойцам, чтоб погуляли и без глупостей.

— Марк, Дима, ждите меня в машине, пожалуйста. Я буду через десять минут.

Взглядом я умоляла их подчиниться. К счастью, парни проблем не создали.

Очень медленно я отправила в рот кусочек мяса и, прожевав, проглотила. Скрыть то, что оно застряло в горле вышло очень легко. Уверена, Беркут ничего не заметил.

— Только десять минут, да?

— Восемь. Мне еще нужно будет в уборную поправить макияж.

Я продолжила есть, а он-смотреть. Холеный, одетый с иголочки, прямо излучающий господство над всеми и вся. Новый хозяин города. А я одна. Совсем. Мне больше не за кого спрятаться.

— Вот смотрю на тебя и не могу понять. Красивая же, умная… Как могла так попасть, м?

— Выходит, не такая и умная? - я глотнула воды из бокала.

Тонкие губы растянулись, обнажая идеально ровные белые зубы.

— И смелая. Это мне по душе.

— Вы приехали наделать комплиментов? Лестно, конечно, но можно было бы просто прислать букет цветов и открытку.

— Хочешь букет цветов? Розы? Орхидеи?

— Гвоздики. Их принято приносить на похороны, верно? Тогда будьте добры… У меня, вдруг не знаете, финансовые трудности, так что возможности тратиться пока нет. Тем более на вас. А приходить без цветов как-то не принято. Но, не пропускать же такое событие…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ранее насмешливый взгляд стал злым настолько, что показалось, вот сейчас он выхватит ствол и пристрелит меня прямо здесь. Но Беркут даже не пошевелился.

— Долго ждать придется, Ева. Завянут. Да и велика вероятность не дождаться.

— Это угроза?

— Да что-о ты, - только руками не всплеснул, - я с женщинами не воюю, так что напрасно ты отправила из страны громовских старушек.

— Жаль, ваши люди иногда промахиваются.

— И правда жаль. Такая молодая. Красивая. Но выбрала не того. Не повторяй ее ошибку, Ева.

Он нагнулся к столу.

— Будь моей.

Я расхохоталась. Отрывистый, надтреснутый из-за дрожи во всем теле, которую я только заметила, смех звучал зловеще.

— Серьезно? Нет, серьезно? - выдавила, когда смогла хоть немного уняться. - Очень крутой, непобедимый мститель Беркут захотел жену сына кровного врага?!

— Захотел, - глаза мужчины полыхнули жарким, опасным огнем, - и пока я только предлагаю… У тебя будет все. Все, что только попросишь… Все дам!

Да что же это? Что? Что за проклятие? Почему они все… Все-е-е.

— Мне не надо от тебя ничего, понял? Хоть весь мир мне к ногам брось, все, что взамен получишь -это презрение. И все.

Похотливый огонь вспыхнул и погас. Взгляд снова стал злым, страшным. Это были глаза безжалостного убийцы. Частично непослушное после пластик лицо исказила похожая на звериный оскал гримаса.

— Презрение, да? - рявкнул он, - Что ж, хорошо… Сама так выбрала.

И, сделав знак рукой охране, он поднялся из-за стола и направился к выходу. Когда шаги мужчин стихли, я обхватила себя дрожащими руками, съежившись в кресле.