Книга Девушка брата, страница 105 – Надежда Борзакова

Однако в итоге мы все же сошлись на домашнем лечении и визите в клинику в случае необходимости.

Из кабинета Влад вынес меня на руках.

— Как дела? — Дмитрий Викторович, тот самый «тип в черной рубашке», подошел к нам.

— Не очень…

— Все хорошо, поправлюсь, — перебила я, оплетая напряженную шею Влада руками.

— Поныла б для приличия, что ли, инстаграмная чикуля, — весело поморщился следователь.

Или кто он там?

— Давайте вас домой отвезем и по дороге обсудим все, — уже серьезнее предложил.

Вопросов я задавать не стала. Незачем, на лице у Влада все написано. Он в курсе. И они уже что-то делали. Что именно — узнаю. Подожду, не переломлюсь. Дергать находящегося на пределе человека ради собственного спокойствия не стану.

Занимался рассвет. В сером сумраке мы забрались в фургон.

— Удобно тебе? Нормально? — спрашивал Влад, возясь со мной.

— Хорошо, обними меня, — шептала в ответ.

Плевать, что не одни. Плева-ать, он мне нужен. Больше воздуха нужно тепло этих рук и стук сердца под щекой.

— Дмитрий Викторович… Я избила одну девчонку, — следователь насмешливо воззрился на меня, — визажистку. Она меня… собирала на бой. Отказалась мне помочь, и я ткнула ее плойкой и, кажется, сломала нос… как минимум. Тогда я Владу и позвонила.

— Да я в курсе. Мы ж вели дом, — он поморщился, — не могли представить, что он тебя там держит, пока не увидели. А вламываться не могли, не зная, где ты. Ожог по идее заживет без следа, а вот насчет носа — не знаю, ты ей таки его хорошо сломала, красавица. Вот только в травм-пункте она сказала, что не видела нападавших и попросила не звонить в полицию. Понимаешь, почему?

Я понимала.

— При ней говорите, секретов нет, — напряженно, чтоб ни в коем случае не прижать, положив мне на плечо руку, сказал Влад.

— Арестовать его по факту не за что, — проговорил следователь, — Шаламов мертв, показания Насти… Ну, это просто слова, сам понимаешь. Ты извини, — это мне, — но, Влад, мне месива дополнительного в городе не надо. И так передел пойдет, мама не горюй.

— Ее, — проревел Влад, — мою жену, похитили из-за этого урода. Избили… А ты мне говоришь, что тебе месива дополнительного не надо?!

— Влад, — забралась к нему на колени, стараясь не морщиться от боли, прижалась, как могла, обхватила ладонями побагровевшее лицо, — Влад, посмотри на меня!

В его взгляде были боль и отчаяние. Вина. Ужас. Злоба. Казалось, моя душа выворачивалась наизнанку вместе с его.

— Я здесь, — прошептала на ухо. Краем глаза увидела, что следователь отвернулся. — Я жива, мой хороший.

Поцеловала в щеку, он повернул голову, подставляя губы. Коснулась их своими. Прижалась.

Взяла стиснутую в кулак руку, положила себе на щеку, вынуждая разжать пальцы.

— Почувствуй, что я жива, — одними губами, щекоча дыханием ухо. — И я хочу, чтоб и ты жил, Влад.

К горлу подкатил комок. Уж слишком живыми были воспоминания, о том, что Влад был на волосок от смерти. Что я едва его не потеряла. То, что Шаламова больше нет, этого не отменяло.

Холодные пальцы нежно, касаясь самыми кончиками гладили мое лицо.

— Хочу быть с тобой, хочу чувствовать тебя, как сейчас. Пожалуйста! Пожалуйста, ради меня…

У следователя включился телефон.

Он нажал на дозвон. Послушал несколько секунд звонившего. Хмыкнул, неуловимым жестом сжав переносицу пальцами.