Книга Там, где ты, страница 38 – Надежда Борзакова

— Ты хочешь остаться, дочка?  — прервала меня она.

— Я люблю его, мам, — призналась я, — И я просто не смогу, понимаешь? Простите….

— Мы так и не узнали, как вернуть тебя, — проговорила она, — Но это неважно, если ты счастлива.

— Я люблю тебя. Тебя, Олега, Аленку…..

— Мы тоже любим тебя, — она улыбнулась, — Оказывается, нужно было лишь отмотать время на 12 веков, чтоб ты взялась за ум.

Жатва наконец завершилась – воздав хвалу богу Велесу, по легенде научившему людей сеять и жать. Обряд заключался в том, что на поле оставляли немного несжатых колосьев и, связав их лентой, пели обрядовую песню. Затем жрецы освятили мед и яблоки, от чего мне вспомнился современный яблочный и медовый Спас. Дальше потянулась вереница празднеств в честь окончания сбора урожая. Мы танцевали у костров под веселые звуки волынок, ели и пили. На третий день в гости прибыли Шуйские. Владимир умудрился раздобыть на варяжих землях, с которых только воротился, пращура современного виски. Антисептик! Часть огненного напитка тут же перекочевала в мою «клинику». Я уже представляла, как расшириться ассортимент моей аптечки. Но от созерцания последствий появления виски на столе Главы моя радость меркла.

— Марыно питье, — ворчала Вера, наблюдая как мужчины опустошают чаши. Непривычные к алкоголю в общем и виски в частности, они пьянели чудовищно быстро, но не переставали пить. Меня радовало лишь то, что кефира полученного мною путем проб и ошибок должно хватить на всех, а также то, что бочек было лишь две.

— Свежий воздух, Стас, — вытаскивая милые восемьдесят килограмм из терема, куда перенеслось торжество из-за ливня, приговаривала я, — Приятно и полезно.

Он не то что бы сопротивлялся, но так нетвердо держался на ногах, что мне приходилось его тащить. Ливень уже перестал и воздух наполнился приятнейшей свежестью.

— Нельзя этого столько пить, Стас, — тихо сказала я, — Вы…. Мы ведь к такому питью непривычны.

— А? – рассеянно проговорил он.

— Сейчас я вернусь, — усадив его прямо на доски спиной к сеням, я сбегала к колодцу и набрала воды, затем заскочила в кухню за чашей.

— Так, — я слегка потрясла успевшего уснуть пациента, — Выпей-ка.

— Элина, я что-то….

— Налакался как свинья, — я прижала к его губам чашу. Проливая на себя, он все же послушно выпил всю воду из плошки. Как я и ожидала, виски тут же запросился обратно.

— Просто дыши, — вытерев его губы платком, проговорила я, — Полегчает скоро, обещаю.

— Уже, — хрипло пробормотал он.

— Хорошо, — я убрала пряди волос с его лба. Тот, к счастью, был просто теплым, но не пылал.

— От пива так не кружит, — пробормотал он.

— В пиве гораздо меньше алкоголя, Стас, — я поднялась и протянула ему руку, — Пойдем, еще немного прогуляемся. Я знаю, ты хочешь спать, но сейчас нельзя.

— Почему? – неловко поднявшись, спросил он.

— Во сне обмен веществ замедляется, а значит, алкоголь будет выводиться медленнее, и последствия завтра ты ощутишь сильнее.

— Ага, — как-то рассеянно протянул он.

Положив его руку на свое плечо и обняв за талию для надежности, я уже собиралась вести его дальше, как до нас донеслись чьи-то голоса. Говорившие стояли, очевидно, у заднего выхода из терема, который с нашего нынешнего положения не виден.

— Ты добавила снадобье в питье? – голос показался знакомым.