Книга Предатель. Нелюбимая жена, страница 84 – Надежда Борзакова

Чашка опустела и я снова поставила чайник. Утром на работу, надо бы спать, но куда уж теперь. Господи, настанет ли день, когда Слава исчезнет из моей жизни? Вот вообще? Окончательно и бесповоротно? Эти мысли так напоминали злые пожелания, что я устыдилась их и отогнала.

В шесть утра я увидела, как во двор заезжает машина Вадика. Когда появился на пороге, вид у брата был злой и взвинченный.

— Кормить меня будешь? — спросил хрипловато, но с ласковой улыбкой. Не срываться на женщинах — это у брата от папы.

— Конечно, — отметив про себя то, что раз он здесь, то ничего критичного не случилось, сказала я.

С вопросами решила повременить — сам расскажет, как успокоится. Отправив брата мыть руки, я смешала молоко с четырьмя яйцами и зеленью себе и ему на омлет. Поставила на огонь сковороду, смазала кисточкой маслом и, вылив смесь, закрыла крышкой.

Кофе, молоко.

Брат пришел, развалился за столом и шумно выдохнул.

— Капец какой он идиот.

Я хмыкнула, ожидая продолжения. Поставила на стол тарелки, чашки, приборы.

— Он пентхауз купил, взяв кредит на себя. А оформил на нее, так как на тот момент вы еще были женаты.

Вот оно как. Видимо сначала план был им жить в нашей квартире, но я пошла в отказ и это послужило Инессе на руку.

— Теперь он на улице и в долгах, а она с новым хахалем в петнхаусе. По документам — не прикопаешься, — Вадик развел руками, — Такие дела.

— Жесть. И много он должен?

— Пахать и пахать. Я с ним перетер чтоб нюни не распускал и тебе больше звонить не смел, так что все, забей.

Омлет был готов и я разложила его по тарелкам. Потом налила кофе и разбавила молоком.

— Господи, Вадик, как так можно разрушить свою жизнь? — выдохнула я, ковыряясь вилкой в блюде.

— А элементарно можно, Женька. Если выключить голову и отдать себя в рабство неадекватной и больной любви.

Мне ли не знать. Вот только я сумела вовремя остановиться, а Слава — нет.

— Мы сами решаем, как жить. Он не мог не понимать, зачем ей нужен. Не настолько идиот. Но его жизнь — его дело, а с тобой он не имел право так по-скотски поступать, — рыкнул Вадик.

Вилка со звоном соприкоснулась с тарелкой, едва не разбив тонкую керамику.

— Я тоже, Вадик, многое понимала, но не хотела замечать. Так что в ситуации виноват не он один.

— Ага…

— Это так. И я это давно осознала и проехала. В том числе благодаря появлению в моей жизни Ромы.

— Он хорошо себя ведет? Не расстраивает тебя?

— Шутишь? У нас все отлично, — сказала я и это была чистая правда.

— Знаешь, Женька, а ты у меня совсем взрослая, — сделав паузу на протяжении которой брат доел омлет, сказал он. — И умница. Мудрая девочка. Не уверен, что я бы смог так относиться к этому человеку на твоем месте.

Чтобы Вадик признал меня взрослой, да еще и мудрой…

— Легко быть мудрой, когда больше не осталось чувств, — ответила я.

И, судя по взгляду брата, было похоже, что он и правда мне поверил.

Убрав посуду, я поскакала в душ и собираться чтоб вместе пойти на работу. Слышала, как Вадик звонит Лоре, а потом и папе и просит последнего захватить для него сменные шмотки на работу.

Пришло сообщение от Ромы с пожеланием доброго утра и напоминанием, что заберет меня после работы. На душе потеплело от предвкушения скорой встречи с любимым. Попав в клинику, я привычно с головой ушла в работу.