Онлайн книга «Предатель. Нелюбимая жена»
|
Не хотелось, чтоб они снова разругались в хлам. И Лору расстраивать не хотелось. Она только недавно родила сыночка… Но что, если…. — Что если Вадим поговорит со Славой? Ну, вразумит как-то… Что бы он вернулся ко мне. — Женя… Ты думаешь, что говоришь? Ты что реально бы простила этому мудаку измену? Иссякшие было слезы снова наполнили мои глаза и покатились по щекам. — Не знаю, А-а-аль! Я так люблю его. Всю жизнь люблю. С тринадцати лет… Я не могу без него жить! — разрыдалась я. — Зато без мозгов, смотрю, жить можешь, Евгения. Нет, ну скажи, что еще должно случиться, чтоб до тебя дошло — вам не по пути? Не любит он тебя, Женя. Не любил и не полюбит. Он любит эту Инессу. Настолько, что простил аборт, сделанный втихаря и измену. Ты согласна вечно быть для него орудием мести и удобной женщиной, которая согласна подошву ботинок лизать за радость обладания таким сокровищем как Слава Свечкоренко? Зачем это тебе, Жень? Я закрыла лицо руками. Слова подруги резали по живому, усиливали и без того адскую боль от понимания, что Слава так и не полюбил меня. Что бы я не делала для него, как бы ни старалась быть во всем идеальной — не полюбил. Я ему не нужна. Инесса нужна, вопреки всему нужна, а я — нет… — Может быть можно еще что-то сделать, а, Аль? — прохныкала я. — Что, например, Женя? Снова покраситься в блонд и уже окончательно уничтожить волосы, как ты сделала в прошлом году потому, что Славик обмолвился, что твой темно-русый- тусклый? Все же вставить импланты в грудь и потом всю жизнь мучаться от болей в спине? Согласиться терпеть его измены? — Ах, если бы я забеременела… Может быть тогда бы он не ушел. Сам же рос без отца вместе с сестрой, знает каково это. Но Слава всегда с “резинкой”… — И хорошо, что всегда. Хоть не накрутишь от него ничего. Но все равно иди-ка ты поскорее к гинекологу и здавай анализы на все. Береженого бог бережет. — Что ты говоришь, А-а-аль? — Я, Женя, дело говорю. А вот ты вообще непонятно что говоришь и чем думаешь. Хотеть ребенка чтоб удержать мужика — это дно. — Я в принципе его бы хотела. А Слава все повременить хотел… Теперь ясно, почему. — И хорошо. Ребенок вас бы навсегда связал. Я качнула головой. Аля не понимала. Просто не могла меня понять потому, что никого и никогда не любила по-настоящему, как я Славу. Я же его с тринадцати лет любила. Как увидела впервые, так и влюбилась. И поняла, что это навсегда. Конечно же, для него я была всего лишь Женечкой — младшей сестренкой лучшего друга. У нас семь лет разницы. На тот момент это целая жизнь. Я это понимала. И ждала. Ждала, пока подрасту… Ждала и страдала каждый раз, как узнавала, что у него девушка… Внимала каждому брошенному на меня взгляду, упивалась крупицами получаемого от него время от времени внимания, мечтала ночами о нем и никого другого не замечала.. А когда мне было семнадцать узнала, что Слава женится на Инессе и решилась признаться ему… Восемь лет назад Достав из сумочки зеркало я, кажется уже в сотый раз, проверила не осыпалась ли тушь. Не осыпалась. И стрелки на месте. Я их два часа рисовала, чтоб вышли ровные и одинаковые. С ними я выгляжу старше, а глаза мои — больше и выразительнее. Но какой в этом толк, ведь они карие. Скучного цвета, не то что у этой Инессы. |