Книга Лепестки на волнах, страница 34 – Anna

Забираясь в подошедшую шлюпку, Блад оглянулся: кажется, дон Мигель все еще был жив, над ним склонился человек в темной одежде, непохожий на моряка. Врач? Но задумываться или сожалеть по этому поводу у Блада не было времени. На все воля Божья. А им еще предстояло как-то выбираться отсюда.

Грот-мачту одного из галеонов лизали языки пламени, в клубах дыма на его палубе метались смутные тени: команда отчаянно пыталась потушить пожар. Носовые пушки второго галеона выстрелили, ядра подняли фонтаны воды, значительно недолетев до шлюпок. Дон Эстебан не собирался отпускать своих смертельных врагов, на его корабле ставили паруса, намереваясь выйти на перехват «Феникса».

Галеон Эстебана выдвинулся вперед и разворачивался к ним бортом. Как только «Феникс» оказался в досягаемости его пушек, последовал залп, впрочем, не причинивший особого вреда шлюпу: расстояние было еще достаточно велико для прицельной стрельбы, к тому же галеон вынужден был огибать горящий флагман де Эспиносы, да и дым мешал канонирам.

— Торопится мальчишка, – удовлетворенно прокомментировал Хейтон, взбираясь вслед за Питером по шторм-трапу.

Оказавшись на палубе, Блад отыскал взглядом жену. Растерянно оглядываясь, Арабелла стояла среди возбужденно переговаривающихся, весьма живописно одетых людей Волверстона. Блад шагнул к ней, и корсары расступились, пропуская его.

— Дорогая, – прошептал он, одной рукой обнимая Арабеллу и зарываясь лицом в ее волосы, – Я так боялся за тебя…

В этот миг прогремел еще один залп. Однако, благодаря искусству стоящего у штурвала Джереми Питта и опытности экипажа, «Феникс» уклонился – ядра, просвистев над их головами, лишь продырявили паруса.

Взглянув на штурмана, Блад усмехнулся:

— Джереми Питт! Ты мог и предупредить меня, по крайней мере, сегодня.

Штурман залился краской и отвел глаза:

— Не хотел нарушать твою сосредоточенность…

Новый залп напомнил Бладу, что еще ничего не кончено. Эспиноса-младший был настроен серьезно. Хотя сорокапушечный галеон был медлительнее юркого шлюпа, он представлял для «Феникса» огромную угрозу. Блад прекрасно понимал, что в абордаже им не выстоять – если до того пушки испанца не сметут все с палубы. Оставалось уповать на маневрирование и «Морскую Звезду».

— Постарайся теперь увести нас отсюда, штурман Питт. Курс зюйд. Облегчим задачу Дайку. И … спасибо.

— Неймется змеенышу, – зло проговорил подошедший Волверстон, – Весь в папашу.

— Нед, вот уж не ожидал. Мне казалось, ты был сердит на меня?

— Так оно и есть, но разве я могу упустить случай навалять испанцам? А вот ты вроде как помиловал дона… В очередной раз.

Блад неопределенно пожал плечами, бросив внимательный взгляд на Арабеллу. Она напряглась, услышав слова Неда, а в ее глазах появилось странное выражение. Во всем этом было нечто, пока ускользающее от его понимания. Что же, не все загадки сразу. Надо еще уйти от погони, да и рану на руке не мешало чем-нибудь перетянуть… Он оглянулся на испанский корабль, идущий за ними в паре кабельтовых.

— Арабелла, спустись вниз, здесь опасно.

— Но твоя рана! – воскликнула Арабелла.

— Мне не привыкать лечить самого себя, – улыбнулся Блад.

— Да… я помню. Помню, – повторила она и с тревогой в голосе добавила: – Питер, прошу тебя, будь осторожен.