Книга Танец у пропасти, страница 73 – Кира Хо

Теперь он видел ее красное лицо, пухлые пересохшие губы и туманный взгляд. Он продолжал двигаться как остервенелый, глядя на то, как ее грудь скачет от толчков и как она хнычет, ловя очередную порцию оргазма.

Но и этого для Дэя казалось мало. Мужская ладонь легла на лобок и большим пальцем уперлась в пульсирующий бугорок, отчего женское тело обдало разрядом, но это не помешало ему продолжить свое дело.

Когда Лизи еще раз вздрогнула, обнимая изнутри его член, Дэйтон наклонился и, целуя ее в губы, обхватил ладонью ее шею и скулы.

И вот тогда в нем окончательно освободился внутренний зверь. Он сжимал руками все, что так любил в ней, и целовал, прикусывая везде, где мог дотянуться, а потому, когда последние толчки привели к еще одной разрядке, он издал гортанный рык.

Дэй обмяк, упираясь локтями возле ее головы и, уткнувшись лбом в ее лоб, тяжело дышал.

Элизабет сама не могла поймать собственное сердце, и поэтому молчала.

Через несколько минут мужчина перекатился, ложась рядом, и посмотрел на нее.

— Прости, — тихо сказал он.

— Почему ты каждый раз извиняешься? — со смешком спросила она.

— Мне кажется, что я сделал тебе больно, — повернулся, заглядывая в ее глаза.

— Ты сделал мне приятно. Три раза, — Лизи выставила перед собой три пальца. — Единственное, если останутся следы, то на завтрашнее занятие надо одеть закрытое боди, — усмехнулась.

Дэйтон хохотнул и притянул девушку к себе.

— В душ и в дорогу? — спросил он, целуя ее в волосы.

Элизабет кивнула.

В душ пошли по раздельности. Пока мылся Дэйтон, Элизабет собрала вещи и села на порог, ведущий к океану. Грустно смотрела на потемневший горизонт. В очередной раз заметила кольцо на своем пальце и погладила его одним пальцем.

Я нашла своего принца, мам.

Ей показалось, что одинокая звезда на небе подмигнула.

Всю дорогу до аэропорта Лизи спала, как и в самолете. А Дэйтон надежно оберегал ее сон.

Возвращение в рабочие будни после столь бурных выходных оказалось для Элизабет труднее, чем она ожидала. Но она упрямо бралась за дело, находя в нём своё особенное утешение.

Каждая маленькая победа её юных воспитанников, каждый шаг вперёд становились для Лизи её личным триумфом. Поэтому, когда семилетняя Кора, заливаясь слезами, рухнула на растяжке, сердце балерины едва не разорвалось от сочувствия.

— Что случилось, милая? — Элизабет опустилась рядом с девочкой, лежащей лицом вниз в растяжке.

— Я… я неудачница! — сквозь рыдания пролепетала Кора, поднимая заплаканное личико. — Ничего не получается! Я никогда не сяду на шпагат!

— Ну, зачем же сразу так, — ласково возразила Лизи, помогая девочке сесть ровнее. — Если что-то не получается сразу, это не значит, что ты плоха. Это просто значит, что нужно немного больше времени. — Она нежно погладила ребёнка по плечу. — Я тоже не сразу села на шпагат, — с улыбкой призналась Элизабет.

— Правда? — Кора удивлённо посмотрела на неё.

Элизабет кивнула, вспоминая собственное детство.

Тогда ей было около десяти. Она занималась в танцевальной группе при школе, где плата была меньше, чем в других местах. Соответственно это сказывалось и на тренере. Прозанимавшись несколько месяцев, она столкнулась с тем, что никак не могла сесть на ровный шпагат. Элизабет злилась на себя, ругала, заставляла себя день и ночь пытаться, но всё было бесполезно.