Книга Измена. На осколках счастья, страница 92 – Василиса Горная

Конечно, он не был типичным миллионером, нет. Лёша всего добивался сам, с нуля, потому ценил каждый заработанный рубль и старался вложить его дальше в развитие бизнеса. Но при этом утверждал, что дороже моей улыбки и счастливых глаз для него ничего нет.

Потому и свадьбу тогда организовал на широкую ногу. А с рождением первенца муж и квартиру собирался покупать большей площади. Эту ведь подарили мои родители, чтобы не выглядеть бедно на фоне богатого жениха, да и чтобы ему резко не пришлось выводить крупную сумму денег из нового бизнес — проекта.

Но больше всего я ценила даже не эти факты внимания и заботы, а наши разговоры наедине в объятиях друг друга, ночные просмотры фильмов под попкорн, ощущение постоянной поддержки и заботы, нежной любви и жгучей страсти. От одного вида Лёшки у меня возникало желание наброситься на него и зацеловать. Мечтала подарить ему всю себя, старалась готовить новые блюда, устилать кровать шикарными комплектами, ухаживать за радующими взгляд комнатными цветами, рисовать его портрет с разных ракурсов и даже посвящать ему стихи.

А больше всего на свете я мечтала подарить Лёше ребёночка. Тогда ещё жених тоже надеялся на такое счастье, потому мы активно работали над осуществлением мечты, по полночи занимаясь любовью без предохранения и засыпая в объятиях друг друга. Всё-таки надо признать, что муж у меня очень заботливый. Он даже для бабушки прислал махровый халат, шерстяной платочек и носки.

Всё время, что я прожила в деревне, этот хитрец не давал о себе забывать. Будто это было возможным! Помимо ежедневных подарков и вкусностей, мне доставляли также сувениры и особо значимые для нас обоих безделушки, типа того браслетика, что он передал Юрой на следующий день после моего героического спасения из реки и нашего прощального секса. Отсылать подарки обратно было бесполезно и грозило личным приездом Лёшки сюда вместе со всеми возвращёнными товарами.

В этом случае, увидев его, я боялась не устоять. И без того безумно хотелось послать свою гордость куда подальше и дать мужу второй шанс. А лично его увидеть и не броситься в объятия — вообще казалось теперь выше моих сил. Жутко соскучилась по его сильным рукам, умопомрачительному запаху, ласкам и поцелуям! Потому проще было принимать все подарки и надеяться, что мы просто не пересечёмся до развода. А там я уже уеду из города, а это всё верну обратно, пусть раздаст бедным людям или подарит новой девушке, себе лишь памятные сувениры оставлю и открытки.

Вечерами, когда бабушка уже засыпала, я сидела на кровати и писала стихотворения. Да-да, стихи собственного сочинения о наболевшем: о первой любви, о жестоком двойном предательстве, о подложной и истинной дружбе, о желании быть с мужем и о невозможности вновь ему довериться, а ещё о своих эротических мечтах и жарких снах, которые теперь часто радовали меня ночами и убивали наутро. Видимо, мозг пытался компенсировать отсутствие живых ласк и прикосновений фантомным образом Лёшки.

Ещё я подолгу рассматривала тот браслетик из ракушек, который вместе с обручальным кольцом воспринимался теперь как символ нашей любви. Я подбрасывала его на кровать, размышляя над очередным четверостишием, а он подал на старенькое покрывало и постоянно складывался в форму сердца. Кошмар! Даже ракушки твердили о наших чувствах и необходимости простить нечаянную измену.