Книга Диагноз: Раздевайся, Даша!, страница 27 – Харли Напьер

Сначала было трудно поверить в себя. Я боялась льда, боялась падать.

Неуверенность в себе после травм и падения ломает даже самых матерых спортсменов. Но чем больше я каталась, чем чаще повторяла себе свою мантру, тем явственнее ощущала сдвиг в своем мышлении. Я начала верить свои способности.

После возвращения я стала более плавной и изящной на льду. Прыжки мои были выше, а вращения быстрее. Ирина Петровна была в восторге от моего прогресса.

— Даша! Глаза ото льда подними и выпрямись, а то горб скоро на спине вырастет, – улыбнулась, услышав недовольный оклик Ирины Петровны. – Давай перетяжку назад-внутрь.

Кивнув, начала выполнять упражнение. Но внезапно заметила фигуру, стоящую на трибуне. Это был великолепный мужчина, высокий и красивый, с теплой улыбкой и пронзительными голубыми глазами. Он держал в руках букет белых роз.

Сердце моё пропустило удар. Назар нашел время и приехал ко мне на тренировку. За спиной будто выросли крылья.

Мне ужасно захотелось произвести на него впечатление. Расправив плечи и глубоко вздохнув, я начала прокат. Каталась на коньках со страстью и точностью, с легкостью выполняя свои прыжки и вращения.

Когда закончила свою программу, тишину нарушили громкие аплодисменты, а на лед упал увесистый букет роз. Наклонившись, взяла его в руки и сердце мое наполнилось радостью и гордостью.

— Браво! Это было великолепно! – прокричал радостно Назар.

Ирина Петровна покачала головой и ушла, оставив нас вдвоем. Подкатившись к бортику, запыхавшись произнесла:

— Спасибо. Я рада, что тебе понравилось.

Назар неспешно спустился вниз, засунув руки в карманы брюк и выдал с очаровательной улыбкой:

— Ты прекрасно каталась. Если бы не я, страна лишилась бы такого самородка.

— Назар!

— Я вполне серьезно, Даша, – возмутился он.

— Спасибо тебе, – покраснев и пряча лицо в белых бутонах, вновь поблагодарила его.

— Я так горжусь тобой, – произнес он тихо, обнимая меня и целуя в висок. – Ты столько преодолела, чтобы вернуться сюда.

— Я не смогла бы сделать этого без тебя, – прикрыв глаза и наслаждаясь его объятиями и лаской, проговорила искренне.

И дело было не только в его помощи, как доктора. Назар будто возродил во мне уверенность, заставил вновь полюбить, не только себя, но и его...

Борзов наклонился и поцеловал меня в губы, трепетно и до безумия нежно.

— Я люблю... наблюдать как ты катаешься, – отстранившись, с легко запинкой произнес он. – Ты так грациозно и красиво это делаешь.

— Я тоже люблю... кататься для тебя, – повторила за ним, хотя мы оба понимали, что именно хотели друг другу сказать, но отчего-то не смогли...

— У меня есть предложение. Не руки и сердца, – рассмеялся Борзов, наблюдая как я нахмурилась. – Как ты смотришь на то, чтобы поехать на ужин к моим родителям и познакомиться с ними?

У меня во рту пересохло от волнения.

— Я, конечно же, хотела бы этого.

— Отлично, – хлопнул в ладоши Назар, а после легко подхватив меня за талию, перенес через бортик к себе. – Тогда забираю тебя. Где тут выход?

Я заливисто и счастливо рассмеялась. Наши отношения еще не перешли на следующий этап, а Борзов уже знакомил меня с родителями.

Это было так волнительно и захватывающе одновременно. Мне казалось, что это замечательные люди, если воспитывали такого мужчину.