Онлайн книга «Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?!»
|
Марина Сергеевна с Натальей начали собирать посуду. Я тоже поднялась со стула и взяла две тарелки. — Лиза, оставьте, — сразу сказала Марина Сергеевна. — Я могу помочь. Она забрала у меня одну тарелку и улыбнулась. — Потом поможете мне с чаем. Сейчас посидите спокойно. — Хорошо. Спасибо. Я поставила вторую тарелку на поднос Натальи и вернулась к столу. Даня поднялся через несколько минут. — Мне тоже пора. Я встала рядом. — Тогда спасибо за компанию. — И за полотенце опять? — Нет. Ты предупредил, что третья благодарность платная. Он рассмеялся. — Хорошая память. — Профессиональная необходимость. Даня посмотрел на меня. — Увидимся в университете. — Увидимся. Он повернулся к Глебу. — Орлов. — Дань. Они пожали руки. Совершенно нормальное рукопожатие без попытки убийства, что после сегодняшнего дня уже можно было считать прогрессом. Даня спустился с террасы и пошёл по освещённой дорожке к машине. Я проводила его взглядом. — Хороший парень, — произнесла Тамара Павловна. Глеб медленно повернулся к бабушке. — Что? Она даже не посмотрела на него. — Я сказала: хороший парень. — Я слышал. — Тогда зачем спрашиваешь? Я прикусила губу. Глеб сразу посмотрел на меня. — Не смей. — Я вообще молчу. — У тебя лицо говорит. Тамара Павловна удовлетворённо улыбнулась. — Ревнует. — Бабушка. — Что? Тебе полезно. — В каком месте? — Во всех. Я решила благоразумно не участвовать. — Тамара Павловна, я всё-таки пойду помогу Марине Сергеевне с чаем. — Идите, Лизочка. А то он сейчас начнёт рассказывать, что ничего не чувствует. Глеб откинулся на спинку стула. — Прекрасная семья. Я ушла на кухню, уже не скрывая улыбки. Через час дом постепенно затих. Тамара Павловна первой поднялась к себе. Наталья с Сергеем ушли укладывать Мишу и больше не спускались. Арчи устроился в холле, родители Глеба разошлись по своим комнатам. Я тоже поднялась на второй этаж, приняла душ и переоделась в лёгкие домашние шорты и тёмную майку. Спать не хотелось. После бассейна, нашего разговора на террасе и спокойного Глебова «да» на вопрос о ревности в голове было слишком шумно. Я открыла балконную дверь. Ночь стояла тёплая. В саду горели низкие фонари, бассейн вдали светился голубым прямоугольником, а в траве стрекотали кузнечики. Я вышла на балкон и опёрлась ладонями о перила. Телефон остался на небольшом столике возле кресла. Через несколько минут из комнаты донеслась вибрация. Я вернулась внутрь и посмотрела на экран. Глеб: Не спишь? Усмехнулась. Я: Нет. Ответ пришёл сразу. Глеб: Можно зайти? Я несколько секунд смотрела на сообщение. Комната Глеба была прямо напротив. Нужно было только открыть дверь. Почему-то от этой простой мысли стало жарче. Я: Можно. Через полминуты в дверь тихо постучали. Я пересекла комнату и открыла. Глеб стоял в коридоре напротив своей двери. На нём были тёмные домашние брюки и серая футболка, волосы после душа ещё оставались влажными у висков. Он не двинулся с места. — Точно можно? — Я же написала. — Проверяю. Я отступила от двери. — Заходи. Только после этого он пересёк порог. Я закрыла дверь, оставив её незапертой. Глеб остановился в нескольких шагах от меня и посмотрел в сторону открытого балкона. — Там сидела? — Да. Он коротко кивнул в сторону балконной двери. — Можно туда? |