Книга Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?!, страница 50 – Валерия Блэк

Я снова согнулась от смеха.

К вечеру Миша успел назвать Арчи предателем ещё четыре раза.

Один раз — собственного отца, когда тот не разрешил ему взять второй кусок пирога.

Один раз — диван, потому что машинка закатилась под него.

И почему-то ложку.

Наталья всё чаще подозрительно смотрела на Глеба.

Он делал вид, что вообще не знаком со словом.

После ужина Мишу уложили спать. Тамара Павловна тоже поднялась к себе, сославшись на то, что день с приездом родственников получился слишком насыщенным даже для неё.

Остальные переместились в гостиную.

Я села на край большого дивана с чашкой чая. Наталья с Мариной Сергеевной устроились в креслах у окна, Сергей разговаривал с Андреем Викторовичем возле стеллажа, а Арчи сначала обошёл всех по кругу, после чего выбрал место возле меня.

Глеб появился через несколько минут из кухни со стаканом воды.

Он подошёл к дивану, поставил стакан на журнальный столик и сел справа от меня.

Не вплотную.

Но ближе, чем обычно.

Арчи улёгся между нашими ногами и столиком.

Я посмотрела на Глеба.

— Устал?

Он опустил взгляд на собаку.

— От предательства.

— Тяжёлый день.

— Не смейся.

— Я стараюсь.

— Плохо.

Я поставила чашку на журнальный столик рядом с его стаканом.

— Зато теперь у меня есть ещё одна фотография тебя, которую хочется сохранить.

Глеб повернулся ко мне.

— Какая?

— Ментальная. Ты в красном кандибобере кричишь собаке «не срать».

Он несколько секунд смотрел на меня.

— Очень цельный образ.

— Главное — статусный.

Глеб чуть наклонился в мою сторону.

— Вот за это ещё будешь наказана.

Я подняла брови.

— Простите?

В его глазах сразу появилось знакомое веселье.

— В настольной игре. Бабушка уже сказала, что до конца недели посадит за неё всю семью.

Я медленно выдохнула.

— Я уже подумала, что ты опять забыл правила договора.

Глеб задержал взгляд на моём лице.

— А ты о чём подумала?

Вот.

Снова он.

— Ни о чём.

— Врёшь.

— Немного.

Он тихо рассмеялся и откинулся на спинку дивана.

Арчи подвинулся ближе и положил тяжёлую голову мне на ступню.

Я наклонилась и погладила его по мягкой шерсти.

За окнами уже темнело. В саду один за другим зажигались низкие фонари, отражаясь в стекле гостиной. На другом конце комнаты негромко разговаривали взрослые. Сверху не доносилось ни звука — Миша наконец уснул.

Глеб взял свой стакан со столика.

— Нравится здесь?

Вопрос прозвучал спокойно.

Без обычного подвоха.

Я провела пальцами по тёплой шерсти Арчи.

— Да.

— Даже с моей семьёй?

Я посмотрела на него.

— Особенно с твоей семьёй.

Он улыбнулся.

Совсем иначе, чем обычно.

Тише.

— Им ты тоже нравишься.

— Твоя бабушка уже сообщила.

— Бабушка обычно не ошибается в людях.

— Это сейчас был комплимент?

— Не привыкай.

Я усмехнулась.

— Слава богу. А то ещё испугаюсь.

Несколько секунд мы сидели молча.

Не неловко.

За эти несколько дней я слишком быстро привыкла к тому, что Глеб может находиться рядом и не пытаться каждые тридцать секунд довести меня до желания придушить его салфеткой.

И именно это было опаснее всего.

Потому что с раздражением я умела справляться.

С тем, что происходило сейчас, — значительно хуже.

Арчи тяжело вздохнул у моих ног.

Глеб наклонился и протянул руку, чтобы почесать его за ухом.

В ту же секунду я провела пальцами по шерсти на собачьей голове.