Книга Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?!, страница 36 – Валерия Блэк

— Всех.

Тамара Павловна отошла на шаг и оценила внука.

— Тебе идёт.

— Спасибо.

— В ресторан поедешь так.

Глеб повернул голову к зеркалу.

Несколько секунд рассматривал собственное отражение.

Потом посмотрел на меня через красную сетку.

— Соколова.

— Что?

— Телефон достань.

Я выпрямилась.

— Зачем?

— Фотографируй. Второго шанса не будет.

Я моргнула.

— Серьёзно?

— Пока я не передумал.

Телефон появился в моей руке с такой скоростью, будто всю жизнь ждал именно этого момента.

— Встань ближе к окну.

Глеб прищурился.

— Ты слишком быстро вошла в роль фотографа.

— Молчи. Свет хороший.

Тамара Павловна села в кресло и наблюдала за нами с откровенным удовольствием.

Я сделала несколько снимков.

На первом Глеб стоял с каменным лицом.

На втором поднял два пальца.

На третьем слегка склонил голову, и красное перо окончательно превратило его в человека, который проиграл очень странный спор.

— Всё, — сказала я, опуская телефон. — Это останется со мной до старости.

Он снял шляпу и подошёл ко мне.

Я перестала смеяться.

Потому что теперь между нами осталось меньше метра.

Глеб протянул руку.

— Телефон.

Я прижала смартфон к груди.

— Нет.

— Соколова.

— Это моя страховка.

— От чего?

— От тебя.

Он сделал ещё полшага.

— Я могу забрать.

— Попробуй.

— Ты сама предложила?

Господи.

Вот зачем я это сказала?

Глеб остановился прямо передо мной.

Его взгляд опустился на телефон у моей груди.

Потом поднялся к лицу.

— Последний шанс отдать добровольно.

— Даже не надейся.

Уголок его рта медленно поднялся.

— Хорошо.

Он протянул руку.

Я отступила.

Глеб шагнул следом.

Ещё один шаг — и моя спина коснулась края шкафа.

Очень умно, Лиза.

Прекрасная стратегия.

Он не трогал меня.

Просто стоял напротив, оставив между нами совсем немного пространства.

— Нарушение границ, — напомнила я.

— Я тебя не касаюсь.

Чёрт.

Технически прав.

Его ладонь легла на дверцу шкафа рядом с моим плечом.

— Телефон.

Я подняла подбородок.

— Нет.

— Тогда фотография остаётся.

— Именно.

— И ты будешь на неё смотреть?

— Каждый раз, когда ты начнёшь меня раздражать.

Глеб слегка наклонился.

— То есть ежедневно.

— Возможно.

Он замолчал.

Взгляд задержался на моём лице.

Веселья в нём стало меньше.

У меня почему-то тоже.

— Глеб, — позвала Тамара Павловна из кресла. — Если вы там закончили изображать сцену из дешёвой мелодрамы, верни мне шляпу.

Мы одновременно отступили друг от друга.

Я быстро убрала телефон в карман.

Глеб посмотрел на бабушку.

— Ты всё испортила.

— Что именно?

— Уже ничего.

Он подошёл к креслу и отдал ей кандибобер.

Тамара Павловна приняла шляпу и совершенно невинно заметила:

— Вы очень убедительно встречаетесь.

Я почувствовала, как Глеб посмотрел на меня.

Сама смотреть на него не стала.

Потому что внезапно перестала понимать, какая часть последних двух минут действительно была спектаклем.

К семи вечера я окончательно пришла к выводу, что брать с собой тёмно-синее платье было одним из лучших решений за последние двое суток.

Оно было простым: длина чуть ниже колена, тонкие бретели, закрытая спина и мягкая ткань, которая хорошо сидела по фигуре без лишней торжественности. К нему я надела бежевые босоножки на небольшом каблуке и тонкие серебряные серьги.

Волосы оставила распущенными.

Перед зеркалом результат выглядел достаточно прилично, чтобы не опозорить фиктивного бойфренда перед его семьёй, и достаточно сдержанно, чтобы не чувствовать себя человеком, который пришёл на собственную помолвку без предупреждения.