Книга Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?!, страница 2 – Валерия Блэк

— У тебя очень личные отношения с Орловым.

— У меня с Орловым никаких отношений нет. И это единственная светлая сторона нашей истории.

— Какой истории?

— Трагической. Про честную студентку, которая пашет весь семестр, и богатенького засранца, который приходит через занятие и каким-то мистическим образом опять набирает больше баллов.

— Он умный.

Я медленно повернула к ней голову.

Соня сразу подняла свободную ладонь.

— Всё, поняла. Признание очевидных фактов сегодня считается предательством.

— Я прекрасно знаю, что он умный, — произнесла я тише, потому что возле стенда остановились двое первокурсников. — Именно это и раздражает.

Если бы Глеб Орлов был типичным сыном богатых родителей, который получил место в университете вместе с ключами от дорогой машины и потом четыре года красиво перемещался между парковкой, кофейней и вечеринками, мне было бы значительно проще.

Я бы презирала его спокойно и последовательно.

Но Орлов умудрялся всё портить даже здесь.

Он мог пропустить лекцию, появиться на следующем занятии с кофе, лениво пролистать условие задачи и через десять минут уже объяснять соседу, где тот ошибся.

Мог сидеть на последнем ряду с телефоном в руке и выглядеть так, будто обсуждение инвестиционных рисков интересует его чуть меньше, чем брачные повадки тропических кузнечиков, а потом задать преподавателю вопрос, после которого тот начинал заново объяснять тему всему потоку.

И хуже всего было то, что Орлов не списывал.

Я проверяла.

Не специально, разумеется.

Просто человек имеет право знать, каким образом его систематически унижают в официальном университетском рейтинге.

— Зато у тебя посещаемость выше, — попыталась утешить меня Соня.

— Великолепно. Можно выгравировать на памятнике.

— «Здесь лежит Лиза Соколова. Она ходила на все пары».

— Уже лучше.

Она улыбнулась и ткнула пальцем в мою строчку.

— На стажировку всё равно рекомендуют первые пять мест. Ты туда попадаешь с огромным запасом.

— Я знаю.

И действительно знала.

Только дело давно было не в одной стажировке.

Год назад я впервые поднялась на второе место и впервые обнаружила фамилию Орлова прямо над своей.

Тогда меня это даже не задело.

Через месяц я снова стала второй.

Он — первым.

Потом мне удалось обогнать его на одном из промежуточных тестирований, и я совершила большую ошибку: слишком явно этому обрадовалась.

Орлов заметил.

С тех пор этот человек считал своим священным долгом интересоваться каждым обновлением рейтинга и лично сообщать мне результаты.

Даже если я уже видела их собственными глазами.

— Кстати, — сказала Соня и отвела взгляд куда-то мне за плечо, — сейчас станет хуже.

Я сразу поняла.

Даже оборачиваться не хотелось.

— Нет.

— Я ничего не сказала.

— У тебя лицо сказало.

— Какое?

— Предательское.

Соня прикусила губу, сдерживая улыбку.

За моей спиной раздались неспешные шаги.

Потом рядом появился запах свежего кофе и лёгкий древесный аромат мужского парфюма, который я за последний год научилась узнавать быстрее некоторых дорожных знаков.

Орлов остановился слева от меня.

Разумеется.

Я не повернула голову.

Принципиально.

Он тоже ничего не сказал.

Секунд пять мы втроём молча смотрели на рейтинг.

Соня переводила взгляд с меня на него и всё заметнее веселилась.

Потом возле моего плеча показался бумажный стакан.