Книга Отморозок 6, страница 77 – Андрей Поповский

По пути часто встречаются остовы сгоревших дотла машин на обочинах, а втянувшись в Кунарское ущелье, нередко замечаем на скалах внизу сгоревшие и разбитые грузовики и БТР. Эта трасса и в обычное время по праву называется «дорогой смерти», а зимой это верно вдвойне. Малейшая оплошность водителя и машину может понести на скользкой дороге прямо в пропасть. Майор договорился и сумел разместить нас по одному в кабинах грузовиков, которые направляются на базу в Асадабад. Сам он едет спереди в машине с зенитной установкой в кузове, а все остальные кандидаты расселись рядом водителями-срочниками на мощных «Уралах» натужно ревущих двигателями на затяжных горных подъемах. Мы находимся примерно в середине колонны. Слева, в паре метров от колес, глубокий обрыв с протекающей где-то далеко внизу горной рекой, а справа сплошная зубчатая стена серой скальной породы. Моментами сердце уходит глубоко в пятки, когда тяжелую машину начинает нести боком на повороте и водитель, матерясь и выпучив глаза, пытается удержать ее на скользкой дороге. Вот так, в один момент, ухнешь вниз и прощай мама, Вика и все остальные. Остается только надеяться, что молоденький солдат срочник, все же удержит машину в заносе и довезет такой нужный груз и меня в придачу до цели.

Вообще нам, сидящим в теплых кабинах, вместе с водителями грузовиков, еще очень сильно повезло, в отличии от парней, которые сейчас едут на броне сопровождающих колонну БМП-1, или находятся в открытых всем ветрам кузовах машин с зенитными установками. Главная проблема — это лютый холод и пронизывающий ветер. Уставная форма в таких случаях не спасает вообще. Чтобы хоть как то сохранить тепло, на броню кладутся соломенные маты или деревянные щиты, на которых и сидят бойцы,внимательно осматривающие неприветливые серые скалы. Поверх обычных ватников и бушлатов накидываются бурки, или толстые меховые жилеты. Лица от обморожения спасают натянутые до шеи шерстяные шапочки с прорезями для рта и глаз. Обычные кирзовые сапоги с теплыми портянками или ботинки с шерстяными носками, тепло сохраняют не долго, поэтому ноги поверх обматываются чем-то теплым вроде одеял или пледов. Руки от мороза не спасают даже двойные перчатки. Поэтому, поверх перчаток бойцы часто пользуются толстыми рукавицами с прорезями для удобства стрельбы. Одежда в таком случае становится компромиссом между необходимостью вести бой и не околеть по дороге от холода на пронизывающем ветру. Смотрю на этих мужественных парней и ежусь, представляя, что они чувствуют там снаружи. Да, служба у них просто жуть.

* * *

Машину отчаянно трясет на ухабах так, что подпрыгивая на сидении, в буквальном смысле бьюсь головой о крышу кабины. В такие моменты цепко держу свой автомат, чтобы не получить им же по физиономии. В какой-то момент сквозь натужный рев двигателей откуда-то спереди до нас доносится звук взрыва, и почти одновременно нарастающий густой треск автоматных очередей. Вот блин! Таки не пронесло, нарвались на засаду! Вся колонна останавливается. Я быстро выскакиваю из машины и вижу остальных парней из нашей группы, которые взяв оружие наизготовку, внимательно осматривают нависающий над нами склон.

Треск стрельбы раздается откуда-то спереди. В трех машинах от той, в которой ехал я, находится грузовик с зенитной установкой. Стрелок, за установкой уже навелся на склон и внимательно смотрит на скалы, готовый в любой момент открыть шквальный огонь. Слышим противный свист мины и через несколько минут на дороге между машинами вспухает облако взрыва. Мимо! Снова режущий уши свист и еще раз мимо. Следующая мина уже ложится прямо в грузовик, в котором ехал Бес. Классическая вилка. Хорошо Бес давно уже выпрыгнул из кабины и оттянулся за валуны.