Книга Отморозок 6, страница 136 – Андрей Поповский

— Г-о-о-л! — Снова радостно кричит неутомимый Дудкин, только что забивший четвертый мяч.

Зараза! Я задумался и проморгал его прорыв со своей стороны, и теперь на меня укоризненно смотрит вся команда. Виновато развожу руками. Вообще-то, Дудкин несколько лет серьезно занимался футболом и даже играл за свой университет, теперь именно он выполняет обязанности тренера, натаскивая нашу разношерстную команду к предстоящему матчу. Хотя, моей вины в прорыве это не снимает, ушел в свои мысли и проморгал рывок Николая. М-да, судя по времени, оставшемуся до конца, эту игру мы точно продуем.

* * *

— Да будет благословлен Аллахом твой дом Махмуд, — во двор под хлипким навесом которого стоят два стареньких фордовских грузовика, входит пожилой мужчина в старом местами зашитом, но чистом халате.

— Благодарю Нияз, пусть и твой дом не оставит милость Аллаха. — Степенно отвечает ему крепкий мужчина лет пятидесяти на вид. Он сидит под навесом и наблюдает как двое молодых парней увлеченно копаются в двигателе одного из его грузовиков. Еще двое мужчин возятся с подвеской под кузовом второго грузовичка.— Проходи, садись, я сейчас крикну Зейнаб, чтобы она принесла чаю.

По местным меркам, это весьма зажиточное домовладение. Здесь есть выложенный из глиняных кирпичей дом из нескольких комнат, для теплоты в холодные зимы и сохранения прохлады жарким летом обмазанный дополнительно толстым слоем кизяка вперемешку с той же самой глиной и соломой. По двору сосредоточенно ходят тощие голенастые куры, выискивая чтобы склевать. В деревянной загородке стоит коза с раздутым выменем. Вошедший некоторое время внимательно смотрит на работающих молодых людей, а потом с завистью говорит.

— Хорошо иметь большую семью и когда в ней много молодых мужчин. У моих дочерей одни девочки. Молодые красивые, а что толку. Мужчины — это кормильцы, а девчонки только лишние рты, а их еще замуж удачно пристроить нужно. А у тебя есть сын и еще племянники приехали. Теперь твои дела точно пойдут в гору.

— Не сглазь Нияз, прошу тебя. Сам знаешь, как тяжело поначалу я тут устраивался. У меня еще за эти грузовики не выплачено. Надо много работать, чтобы их у нас не отняли за долги. — Скривившись качает головой хозяин двора. — Хорошо, что мои родичи понимают в ремонте машин и не надо платить механикам со стороны.

— Что ты Махмуд, — словно защищаясь поднимает руки гость. — Я желаю твоему дому только процветания и достатка. Вот увидишь, пройдет немного времени и ты выплатишь все долги. А твои племянники уже сейчас завидные женихи.

Хозяин дома только вздыхает, понимая, что скоро эта спокойная жизнь для него закончится, а впереди неизвестность. Он — этнический пуштун, родившийся и проживший почти всю жизнь в Афганистане в далеком горном кишлаке. Новую власть в стране Махмуд принял без восторга, но и ее противником он так же не был. Жители его горного кишлака в основном поддержали изменения в стране, надеясь, что и к ним вскоре придут изменения к лучшему, как это случилось во многих населенных пунктах в долине, где новые власти начали строить дороги, школы и больницы. Люди там получили работу и жизнь их стала намного легче.

Когда у них в кишлаке Царандой образовал комитет самообороны, получилось так, что сельчане выбрали главой комитета именно Махмуда, которого уважали за основательность и рассудительность. Ему не хотелось занимать эту должность, но и отказаться от доверия сельчан, он тоже не смог. Махмуд даже побывал на обучении в Кандагаре, где ему и еще нескольким сотням крестьян в течении двух недель рассказывали о новой жизни и о том, что еще предстоит сделать чтобы построить новое общество равенства и процветания. По началу и у них в кишлаке все складывалось вполне неплохо, они получили новую технику и готовились к посевной, но на деле, все оказалось не так просто.