Книга Отморозок 6, страница 101 – Андрей Поповский

Оценил? Да, оценил! Мне несказанно повезло из потрепанного жизнью и возрастом мужика пятидесяти с хвостиком лет, злого, циничного, потерявшего смысл и цель в жизни, очутиться в теле молодого пацана и начать все с начала. Повезло, что я сейчас могу жить, что называется на всю катушку и с бесшабашностью юности не думать о завтрашнем дне, потому, что в этом возрасте и душевном состоянии, ты живешь именно сегодня и сейчас. Я очень хорошо понимаю, что сейчас чувствует старый генерал, потому, что не так давно чувствовал то же самое, глядя на молодых пацанов, выходящих в октагон, у которых все еще было впереди, а мне тогда уже можно было только смотреть на них со стороны и молча завидовать их молодости и безбашенности. Иметь возможность жить и действовать самому, а не наблюдать со стороны — это дорогого стоит. Поэтому я очень ценю то, что получил, оказавшись в этом мире. Наверное, настала пора за это платить.

— Оценил, товарищ генерал-майор — отвечаю, гася в душе возникшую бурю эмоций. — Спасибо, что поверили в меня.

— Это тебе спасибо, Юра! Ты настоящий человек и отличный спецназовец. — Глаза Виктора Петровича еще больше теплеют, и он протягивает мне не подписанный заклеенный конверт — Это тебе от Вики. Потом прочтешь, после нашего разговора. Тебе не нужно больше от нее таиться. Перед отъездом сюда, я поговорил с внучкой, все объяснил и теперь она знает где ты и очень гордится тобой.

Вот это поворот! Беру письмо из рук генерала, прячу в карман и молча смотрю на него, ожидая продолжения.

— Сейчас я скажу тебе то, чего говорить не хотел, да и не должен был. — Тяжело вздыхает он. — Все то, что произошло с тобой за последний год, было в том числе и по моей вине. Твоя служба в стройбате, с ее испытаниями, потом обучение в Азадбаше и последние месяцы здесь. Все это, посвящено одной цели. И сейчас мы выходим на финишную прямую, когда нужно будет принимать решение, кто и какую роль будет выполнять в осуществлении операции. В ней будут принимать участие все четверо кандидатов, но каждый по-своему. Тебе, по общему замыслу, должна выпасть самая тяжелая часть задачи. Гораздо опасней, чем твой одиночный развед-выход в горы. Ты должен будешь попасть в самое логово врага, и выйти оттуда не один, а вместе с нашими ребятами, которые сейчас томятся там в плену. У тебя будет поддержка, и мы сделаем все, чтобы помочь, но все равно, там ты будешь действовать один, на свой страх и риск. В лагере все будет зависеть только от тебя и от твоей удачи. Не отвечай сейчас. Я дам тебе время подумать. Впереди будет еще один очень важный рейд, который будет служить финальной репетицией предстоящей операции. После рейда, ты должен будешь дать мне ответ о том готов ли ты пойти на такой риск. Понимаешь?

— Понимаю — киваю и умоляюще складываю руки, — можно мне сейчас чего-нибудь поесть, а потом хоть немного поспать?

— Да, Юра, конечно, иди отдыхай ты это заслужил как никто другой. — По-отечески кивает Виктор Петрович.

* * *

И снова ночь, темень, горная тропа и спина Беса, маячащая в пяти метрах спереди. На этот раз мы идем большой группой, около сотни человек и в кои-то веки, двигаемся можно сказать налегке, только с личной амуницией и с личным оружием. Весь тяжелый дополнительный груз был заранее в несколько ходок перетащен «носильщиками» ближе к месту, где будут и происходить события сегодняшней ночи и уложен в тайные схроны. Там же остались наблюдатели отряда, отслеживающие обстановку на выбранном для рейда направлении. Дорога у нас дальняя, идем быстро. Нужно успеть добраться до места до рассвета. Мы идем на территорию находящуюся вплотную к границе Пакистана, с задачей уничтожить укрепрайон Карера. Лагерь Карера, по сути является настоящей хорошо укрепленной крепостью и одновременно базой моджахедов, с вырубленными в скалах наблюдательными пунктами, бункерами, огневыми точками и укрытиями.