Книга Отморозок 11, страница 81 – Андрей Поповский

Тогда все начиналось так безобидно. Шашлык, коньяк, крупно порезанные красные донские помидоры с непередаваемым запахом, посыпанные крупной солью. А потом, Вахо пригласил его подняться на высокий берег, якобы чтобы полюбоваться красотой Дона.

Высокий берег, черный крест без таблички и огромный букет алых роз на могильном холмике. А потом слова Вахо, которые он вбивал в него как гвозди— «Марина всегда любила красные розы»

Сука!

Потапов почувствовал, как внутри него поднимается глухая черная злоба. Не та горячая, от которой темнеет в глазах и которая требует немедленного выплеска. Эта злоба другая. Она не проходит годами и заставляет желать полного уничтожения того, против кого она направлена.

Вахо тогда не сказал ничего больше. Не угрожал. Не давил. Просто подвел к могиле и показал, что все помнит. Помнит, как, напуганный содеянным Потапов, просил о помощи. И помнит, что оказал эту услугу.

Потапов снова положил фотографию на стол. Вахо тогда ошибся. Он думал, что показал ему что у него есть рычаг. Но, на самом деле, он подписал себе приговор. Просто Потапов не машет шашкой сразу, а умеет ждать удобного случая.

— Егор Владимирович, с вами все в порядке? — с тревогой спросил Игнатов, вглядываясь в изменившееся лицо генерала.

— Все хорошо.

Потапов помотал головой, словно отгоняя наваждение. Получилось.

— Сколько сможет собрать Вахо? — спросил он у Игнатова.

— Двадцать — двадцать пять процентов.

— А мы?

— Больше, чем Вахо, но чуть меньше Зимина — процентов тридцать.

— Значит, контрольного пакета не будет ни у кого — удовлетворенно кивнул Потапов — это хорошо.

— Почему? — удивлённо вскинул брови Игнатов.

— Потому, Володя, что мы не соберем контрольный пакет в любом случае. А вот если бы Зимин взял контрольный пакет, то нам бы пришлось его ломать через колено прямо сейчас. А у него есть неплохие выходы в министерство и даже в администрацию президента. Устраивать открытое перетягивание каната у всех на глазах нам пока не выгодно. Лучше оттянуть все это на потом. А пока немного пощипать Зимина.

Потапов искоса глянул на фотографию Вахо и щелкнул по ней пальцем

— Если бы контрольный пакет собрал Вахо, то нам пришлось бы устраивать с ним настоящую войну. А у него очень сильные позиции в Энске и в области. После слов президента, о том, что регионы могут взять столько самостоятельности, сколько смогут, окрики из Москвы уже не работают так как раньше. Затевать войну на территории противника, пока ты не подготовил для него сюрпризы, неразумно. А так, пока у всех на руках будут пакеты, не дающие контроля, у нас будет время подготовиться и ослабить наших противников.

Игнатов молчал. Потапов постучал пальцем по папке с материалами по заводу.

— Зимин будет вынужден искать союзника. Сам он не удержит завод. У него кабинет, печать, уважение, свои начальники цехов. Но нет силового контура. Если его прижать через проверки, фонд имущества, прокуратуру и пару десятков жалоб от обиженных работников, он быстро поймет, что директорское кресло — это не абсолютная броня. А если надавить физически, он вообще завибрирует.

— Тогда он может пойти к Вахо.

— Может. Или Вахо сам к нему может прийти. Вахо умный. Он не будет лезть в управление домнами. Это ему не нужно. Вахо нужны деньги и возможности, которые получит крупный акционер. Он предложит Зимину то, чего у старика нет. Защиту на земле, деньги, людей, контроль над теми, кого нельзя убедить в кабинете.