Книга Отморозок 12, страница 34 – Андрей Поповский

Стою в холле второго этажа и вижу свет, выбивающийся из-под одной из дверей. Толкаю дверь и ухожу в сторону, так чтобы меня не было видно в проеме. Выстрелов нет, но это ничего не значит. Он может там затаился и ждет, пока я появлюсь в дверях. Падаю на пол на бок, еще в падении навожу ствол приблизительно туда, где может быть Самвел. Вижу застывшего сидя на кровати хозяина дома, одетого в халат и с телефонной трубкой в руках.

— Положи на место, — тихо говорю ему.

Хозяин дома не двигается.

— Положи трубку, Самвел.

Трубка выскальзывает из пальцев Самвела и падает на кровать.

— Я могу все объяснить, — быстро говорит он. — Меня заставили. Это Череп меня заставил.

Встаю с пола и захожу в спальню;

— Сейчас объяснишь. Все и очень подробно. — спокойно говорю ему.

Слышу шаги сзади. Это может быть только свой. Оборачиваюсь, не теряя Самвела из вида, и вижу возникшего в дверном проеме Игоря со стволом в руках.

— Вот ему и объяснишь, — киваю на Кима.

Иду на выход мимо Игоря.

— Быстрей решай с этим и нужно отчаливать из дома. — тихо говорю ему.

Спускаюсь на первый этаж. Внизу уже почти тихо. Только телевизор продолжает орать на весь дом. На экране здоровый американец расстреливает каких-то солдат, а гнусавый переводчик равнодушно сообщает, что — «Теперь эти сукины дети за все ответят.»

— Выруби эту хрень, — бросаю Ромке.

Он находит пульт на столе и нажимает кнопку. Экран гаснет. Наступившая тишина сразу давит на уши.

Широкоплечий лежит в холле лицом в пол. Руки скованы наручниками. Валера сидит у него на спине и вяжет ноги. Худой в наручниках и со связанными ногами лежит возле стены. Третий стоит на коленях, упираясь лбом в стену. Ромка держит его за воротник.

— Не дергается? — спрашиваю я.

— Уже нет, — отвечает Рома. — Поначалу борзый был. Но получил и успокоился.

— Обыщи нормально. Оружие, нож, документы. Потом руки назад, кляп в рот и ноги свяжи.

Подхожу к раненому. Он сполз с кресла и лежит на боку между журнальным столом и диваном. Рядом темнеет лужа крови. Дышит тяжело и часто. При каждом вдохе из груди вырывается хрип. Глаза закрыты, лицо серое.

Присаживаюсь рядом и нащупываю пульс на шее. Есть. Частый, слабый, но есть.

— Аптечку сюда, — говорю я.

Валера поднимает голову.

— В машине есть.

— Это слишком далеко. Сгоняй на второй этаж и спроси у хозяина дома домашнюю аптечку.

Валера заканчивает с широкоплечим, поднимается и быстро идет на второй этаж.

Расстегиваю на раненом куртку, потом разрезаю ножом рубашку. Первое попадание пришлось высоко, ближе к правому плечу. Крови много, но льется не толчками. Уже хорошо. Вторая пуля вошла сбоку, ниже грудной мышцы. На вдохе возле раны появляется кровавая пена.

Хреново.

Переворачиваю немного на спину и проверяю выходные отверстия. У верхней раны пуля прошла навылет, разворотив лопатку. Вторая, похоже, осталась внутри.

Раненый открывает глаза. Несколько секунд смотрит на меня, пытаясь сообразить, кто я такой.

— Тихо лежи, — говорю ему. — Будешь дергаться, быстрее кровью захлебнешься.

Он хочет что-то сказать, но вместо слов получается булькающий хрип.

— Не разговаривай.

Возвращается Валера с аптечкой.

— Что с ним?

— Пока живой. Не загораживай свет. — бросаю ему.

Обрабатываю края ран, насколько это возможно. На верхнее отверстие накладываю тугую повязку. На нижнее — герметичную накладку из полиэтилена и широкого пластыря. Не больница, конечно, но хоть воздух через дырку сосать не будет.