Книга Лесной гамбит, страница 105 – Эльхан Аскеров

— Кто из вас того хозяина знает?

— Никто. В первый раз такой заказ несем, – все так же тихо и безжизненно ответил контрабандист. – Но купец, у которого обычно товар берем, баял, что будет и другим такие заказы давать.

— Что, вот так прямо и говорил? – усомнился Руслан.

— Так он спрашивать стал, кто еще и когда прийти должен. А мы завсегда знаем, кто когда идет. Хоть и ходим разными тропами. Нам лишний раз встречаться не след. Прихватят одну ватагу, так сразу и другие попасться могут. Стража-то пограничная хоть и слабая, а хлеб свой недаром ест.

— Похоже, – задумчиво кивнул Руслан. – Обыщите их как следует, – приказал он, обернувшись. – Все забирайте, кроме одежды и сапог. С нами пойдут. Похоже, разговор у нас долгий будет.

Казаки принялись старательно обыскивать схваченных, ощупывая каждый шов одежды, а Руслан, отойдя к кустам, за которыми остался сидеть Никандр, тихо посоветовал:

— Ступай домой, Никандр. Бате передай, я свое слово помню. Ежели без того, что я назвал, ходить станете, не тронем. То не наше дело. Ступай. Не надо, чтобы они тебя видели.

— Никак отпустить их решил, княже? – не удержавшись, полюбопытствовал контрабандист.

— Не все так просто оказалось. Придется допрос по всей форме снимать.

— А после? – не унимался Никандр.

— А после видно будет. Не станут упираться, и я крови лить не стану, – хмыкнул Руслан.

— Добре. Не поминай лихом, княже, – кивнул мужик и, развернувшись, бесшумно скрылся в кустах.

Обыскав арестованных, казаки сложили все найденное в отдельный мешок, после чего, погрузив поклажу на пленных, повели их обратно к распадку, где оставили коней. Развязывать веревку, с помощью которой контрабандисты форсировали реку, никто и не подумал. Теперь это была гарантия, что никому из пленных не удастся сбежать. Только раненого избавили от поклажи, не забыв перетянуть ему ногу и срезать еще один посох. Идти мужику было тяжело, а нести его никому не хотелось.

Обратный путь до распадка занял гораздо больше времени, но спешить теперь было некуда. Добравшись до места, казаки быстро разбили лагерь и начали устраиваться на ночевку. Осенние дни коротки, так что они едва только успели собрать хвороста и набрать воды, когда лес погрузился во тьму. Понимая, что контрабандисты вполне могут решиться на побег, хорунжий выделил в караул три тройки.

Утром, погрузив раненого и трофеи на коней, они отправились дальше. В город. К вечеру, сдав добычу, группа отправилась отдыхать, а Руслан на доклад к начальству. Пленных определили по камерам, а фальшивые деньги ему пришлось на себе тащить в кабинет Рязанова. Едва увидев купюры, граф удрученно покачал головой и, вздохнув, устало проворчал:

— Вот не можешь ты мне забот не подкинуть.

* * *

Понимая, что история с фальшивыми ассигнациями изначально проходила не по их ведомству, Рязанов отправил вызов в жандармское ведомство, извещая поручика, получившего это расследование, о появившихся для него новостях. Руслан же продолжал раскручивать полученную от контрабандистов ниточку. Получив у Рязанова разрешение съездить в Краснодар, Шатун подобрал себе группу бойцов и спустя три дня умчался.

Найти у базара описанную лавку было не сложно. Уже через трое суток казаки взяли сие заведение под плотный контроль и старательно наводили справки обо всех серьезных посетителях. Отслеживать обычных покупателей Руслан посчитал ненужным. Если из лавки человек выходил со свертком, на него не обращали внимания. Но если он шел с пустыми руками, его тут же брали на карандаш. Три недели такой плотной опеки, и Шатун уже мог навскидку назвать трех кандидатов на звание лазутчиков. Двое купцов второй гильдии и венский репортер, непонятно что забывший в этих краях.