Книга Проект «Валькирия», страница 35 – Эльхан Аскеров

Но будучи скованным приказом, не оставляющим простора для двойного толкования, вынужден был использовать грубые методы. И теперь, ляпнув глупость, судорожно искал способ исправить ошибку. Миша, устало сжав пальцами переносицу, молча поднялся и направился к служебному коридору. Следователь, соскочив с табурета, ухватил его за рукав и, буквально повиснув на здоровенном бойце, яростно захрипел:

— Ты уверен, что они больше не придут сюда?

— Если они не дуры, а повода так думать у меня нет, они не придут. Их цель – скрыться, а не носиться по всему узлу с воплями и гиканьем, снося все головы подряд. Думаю, та заваруха началась из-за ваших людей. Так что вам ее и расхлебывать.

— Если они все-таки появятся, не смей стрелять в них. Иначе сядешь за убийство, – отчаявшись, пригрозил следователь.

— Сначала докажи, что это я стрелял. Или что я вообще стрелял, – презрительно фыркнул Миша, стряхивая его ладонь с рукава, словно таракана.

— Не смей стрелять, – упрямо повторил лысый.

— Специально искать не стану. Но если сунутся, здесь и положу, – отрезал Миша. – Я из-за твоих приказов жизнью рисковать не собираюсь. У меня еще дела есть.

— Знаешь, я родом из Британии. Старой Британии. Той, что была еще на старой Терре. Так вот, там во времена, когда королей сменили королевы, существовал обычай, любого, не исполнившего приказ королевского чиновника или духовного лица, объявляли еретиком и сжигали на костре. Быстро и без особых затей. Сейчас мне очень хочется возродить этот обычай. В отношении тебя, по крайней мере. Ведь, судя по всему, в Бога ты не веришь и гнева его тоже не боишься. И на то, что могут погибнуть невинные люди, тебе наплевать. Главное, чтобы ты был жив и здоров.

— Думаю, я и во времена вашей Елизаветы остался бы при своем мнении. Думаешь, мне есть дело до того, чего желает какая-то недотраханная истеричка или кучка фанатиков, сублимировавших свои сексуальные желания в гонения на красивых женщин? А в Бога я верю. Только у меня свой Бог. И он меня рабом никогда не считал. Во всяком случае, мне об этом ничего не известно, – презрительно усмехнулся Миша.

— Не очень-то ты похож на обычного сержанта, – моментально насторожившись, тихо протянул следователь.

— И чем же я от них отличаюсь? – иронично спросил Миша, разворачиваясь к нему всем телом.

— Знаешь слишком много. Такие знания в обычной школе не получишь, – не унимался лысый.

— А кто сказал, что я учился в обычной школе?

— В твоем досье ничего об этом не сказано.

— Не сказано, значит, таким как ты и знать не надо. Имперские войска – это не твои сторожа. Все, что про нас написано, в Империи и остается. Скажи спасибо, что хоть что-то получил, – пожал плечами Миша и, развернувшись, направился к подсобному коридору.

— В последний раз предупреждаю, не смей убивать их, – прорычал ему в спину следователь.

— Да пошел ты! Приказчик выискался, – ответил сержант, и посетители бара разразились гомерическим хохотом.

* * *

После памятной трепки отношения двух подопытных перешли в новую фазу. Им стали позволять общаться вне занятий и оставаться с глазу на глаз. В итоге спустя две недели инструктор по рукопашному бою был неприятно удивлен. Обе его подопечные умудрились так крепко сойтись, что понимали друг друга без слов. И хотя в итоге обеим пришлось после тренировки снова посетить медицинский отсек, но повозиться ему пришлось намного дольше, чем в первый раз.