Книга Рокировка: Рокировка. Дворянин поневоле, страница 232 – Эльхан Аскеров

— Не стоит, – понимающе улыбнулся агроном. – Карпов, Модест Петрович. К вашим услугам.

— Очень приятно. Что ж, Модест Петрович. Раз уж мы с вами оказались единомышленниками, предлагаю сегодня отправиться ко мне в имение, а завтра с утра поехать в Юзовку. Но перед этим я хочу, чтобы мы с вами вместе поговорили с будущими арендаторами.

— Зачем? Точнее, о чем? – удивился Модест Петрович.

— О том, что мы задумали. Пусть вашими помощниками станут добровольцы. Так будет проще и вам, и мне, и им самим. Не возникнет ненужного напряжения в отношениях. Согласны?

— Интересный подход, – задумался агроном. – Что ж. Пожалуй, в этом есть определенный смысл. Я согласен.

— Прекрасно. Тогда собирайтесь, и поехали.

— Да мне и собирать-то особо нечего, – снова смутился Петрович. – Пара чемоданов и два десятка книг, которые так и вожу с собой. Ну, еще коляска с лошадью.

— Вы что же, так по гостиницам и постоялым дворам и живете? – удивился Сашка.

— Увы, ваше сиятельство. Характер работы такой. Сегодня в этой части уезда, а завтра на другом его конце. Благо хоть вызывают не так часто, а то бы вообще забыл, как свой угол выглядит.

— Ну-ну, перестаньте, Модест Петрович. Едем. Сейчас и баньку вам организуем, и пообедаем вместе. А как бумаги оформите, так глядишь, и свой дом появится, – утешил его Сашка, подхватывая стопку книг, увязанных потрепанной веревкой.

* * *

Роскошный конверт, привезенный нарочным, стал для Сашки полной неожиданностью. Сидя в кабинете, парень задумчиво вертел его в руках, пытаясь понять, чем эта записка может ему грозить. Вскрыв конверт и достав лист гербовой бумаги, Сашка удивленно хмыкнул и вчитался в текст. Как оказалось, это было приглашение посетить губернское дворянское собрание.

— Понятно, тоже денег клянчить будут, – вздохнул парень, небрежно бросая приглашение не стол. – Не ездить? Так ведь обижаться начнут и гадить исподтишка. Еще и жалобы строчить примутся. А деду потом отгавкиваться. Нет, придется съездить. Если что, скажу, что наличных с собой мало взял. Не знал, что нужны будут. Сами виноваты, предупреждать надо, – злорадно усмехнулся парень, потирая шрам на щеке.

Эта привычка вести тихий, едва слышный диалог с самим собой появилась у него после переезда в имение. Спокойно поговорить здесь он мог только с несколькими людьми, да и те были ему не ровней. Самому Сашке на эти условности было наплевать, но окружающие тут же обращали на такое поведение внимание. Невместно, и хоть ты убейся. Урон дворянскому достоинству. А то, что это самое достоинство не в разговоре, а в делах, они и слышать не желают. И самое удивительное, что подобного мнения придерживались не только именитые, но и простые люди. Те, кого эти самые именитые называли чернью.

Поначалу от всех этих заходов у парня случался тот самый пресловутый когнитивный диссонанс. А попросту его клинило от подобных заходов. Но потом, немного вжившись в местные реалии, он перестал обращать на них внимание. А точнее, научился окружать себя теми, кому подобное поведение парня было глубоко до лампочки. В итоге в его окружении, если не считать слуг, постоянно обитавших в особняке, было всего без малого десяток человек.

И к огромному удивлению Сашки, одним из них оказался Захар. Бывшему галернику было абсолютно все равно, с кем и как он общается. Этот странный мужик с какого-то перепугу возвел парня в ранг своего идола и теперь разве что не молился на него. Раз хозяин так решил, значит, так оно и должно быть. А остальное его, похоже, вообще не интересовало. Сам Сашка так и не смог понять, отчего этот могучий, отчаянно смелый мужик ведет себя таким образом.