Книга Рыцарь дорог: Рыцарь дорог. Войны морей, страница 219 – Эльхан Аскеров

— Неправда, – уверенно покачал головой Рей. – Папа любит меня и придёт за мной.

— С чего ты так решил? – насторожился Крек.

— Он сжёг твой корабль. Так всегда бывает, когда папа сильно сердится. Тот, кто его рассердил, остаётся и без вещей, и без жизни.

— Знаешь, Нгусу, я начинаю завидовать твоему терпению, – проворчал Крек, поворачиваясь к командиру абордажников.

— Здесь нечему завидовать, капитан. Мы ведь почти не разговариваем, – пожав плечами, ответил гигант.

Бросив на него быстрый взгляд, Рей чуть заметно усмехнулся, но промолчал. Нгусу сказал неправду. Он и Рей частенько болтали. Любопытный мальчишка засыпал гиганта потоком вопросов, на которые тот с удовольствием отвечал. Для него самого это было удивительно, но гигант неожиданно поймал себя на мысли, что ему нравится проводить время с мальчишкой. Сидя в трюме, он часами шёпотом рассказывал Рею о ветрах и морских течениях, о манёврах кораблей и абордажных схватках, иногда демонстрируя мальчику свои шрамы. Это даже стало своеобразным ритуалом. Рей находил на теле гиганта очередной шрам, и тот рассказывал, как и где получил его.

После первых двух рассказов пирата Рей, немного помолчав, заявил, что у его отца тоже много шрамов, и если он и Нгусу сойдутся в схватке без оружия, то отец легко побьёт гиганта на кулаках. Услышав это, Нгусу долго смеялся, но однажды утром случайно увидел, как мальчишка выполняет странные движения. Притаившись за дверью, гигант долго и внимательно наблюдал за этим странным танцем.

Дождавшись его окончания, Нгусу подошёл к мальчику и, присев на корточки, задумчиво спросил:

— Что это было?

— Это упражнения, приводящие в гармонию душу и тело, – очень серьёзно ответил ребёнок, повергнув пирата в шок. Половину из этих слов Нгусу раньше просто не слышал.

Тогда Рей предложил ему сыграть с ним в простую игру – «Ладошки». Водящий поднимает руки на уровень груди, повернув их ладонями вверх, а другой игрок, положив свои ладони на ладони водящего, должен успеть отдёрнуть руки до того, как водящий хлопнет по ним.

Уже через десять минут Нгусу понял, что безнадёжно проигрывает ребёнку. Ловкий мальчишка лихо колотил ладонями по его огромным лапам, успевая выдернуть свои руки раньше, чем гигант успевал шлёпнуть его.

После игры Нгусу вышел на палубу и, задумчиво почесав бритый наголо затылок, мрачно проворчал:

— Похоже, наш великий капитан пытается откусить кусок, которым может подавиться.

С этого дня Нгусу каждое утро снимал с мальчишки цепь, давая ему возможность свободно тренироваться. И теперь, стоя перед капитаном, он внимательно следил за каждым движением Крека. Нгусу и сам не знал, что сделает, если Крек прикажет килевать мальчишку или просто выбросить его за борт, но отдавать Рея просто так не собирался.

Побродив по палубе, Крек повернулся к гиганту и, небрежно ткнув пальцем в Рея, приказал:

— Убери его с глаз моих.

— Капитан, позвольте мне выгулять его на корме. Без солнца мальчишка может зачахнуть. А если заболеет, то и продавать будет нечего.

— Делай что хочешь. Главное, чтобы я его больше не видел, – отмахнулся Крек, уходя в свою каюту.

Чуть усмехнувшись, Нгусу подхватил ребёнка под мышку и широким шагом перешёл на корму. Поставив Рея на палубу возле леера, он успел тихо прошептать, быстро оглядываясь: