Книга Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход, страница 141 – Эльхан Аскеров

На торцевой стене, которая выходила в сторону степи, на большом ковре было развешено самое разное оружие. И самое главное, только белое. Было такое впечатление, что Святослав вообще не признавал огнестрела. Заметив его взгляд, хозяин, едва заметно усмехнувшись, кивнул на ковёр, добродушно проворчав:

— Сходи, глянь. Вижу ведь, загорелось ретивое.

— Благодарствую, дед Святослав, – не торопясь допивая чай, склонил парень голову.

— Не на чем. В руки смело бери, не сломаются, – усмехнулся старик.

Поднявшись, Матвей подошёл к ковру и, взяв с гвоздя лёгкую карабеллу, плавно вытянул её из ножен. Плавный изгиб сабли заиграл в свете солнечных лучей, заглядывавших в окно. Полюбовавшись клинком, Матвей вернул его на место и снял со стены палаш. Следом он внимательно осмотрел ятаган и, чуть слышно хмыкнув, пару раз качнул его в руке.

— Что скажешь, казачок? – с интересом спросил Святослав.

— А что тут говорить. Клинки хоть и старые, но добрые. По всему видать, с бою взяты. Из трёх, что я видел, только ятаган дамасского булата. Остальные просто калёные, – спокойно ответил Матвей, возвращая оружие на место.

— Верно. Клинки трофейные. Сынами моими с бою взяты, – одобрительно кивнул Святослав. – И про ятаган верно сказал. Дамасского булату клинок.

— Прости за спрос, дяденька, а где теперь сыны твои? – не сдержал Матвей любопытства.

— Сгинули, – грустно улыбнулся старик. – Каждый в своё время. В боях. За землю нашу стояли, да сгинули.

— Царствие небесное, – тихо пробормотал Матвей, уже поднимая руку, чтобы по привычке перекреститься, но что-то удержало его от этого жеста.

— Умён. И чутьё доброе, – неожиданно улыбнулся Святослав. – Ты, Елизар, ступай покуда в баню. Чего делать, знаешь. Я пчёлок приготовлю. А ты, парень, тут посиди, – вдруг сменил старик тему.

Кивнув, Елизар не торопясь выбрался из-за стола и, надев папаху, вышел из дома.

— Ты, Матвейка, ещё чайку с медком попей, да меня подожди. С глазу на глаз погуторим. Я его сейчас полечу малость, а после и побеседуем, – негромко пообещал старик и, легко поднявшись, вышел, не дожидаясь ответа.

Проводив его взглядом, Матвей последовал совету старика. Взяв баранку, он разломил её пополам и, окунув её в блюдце с мёдом, с удовольствием откусил. К его большому удивлению, эта немудреная закуска к чаю оказалась неимоверно вкусной. Да и мёд был настоящий. Такой, каким его парень помнил ещё по своему детству. Янтарный, тягучий и одуряюще пахнущий.

Буквально вылизав блюдце, парень откинулся на стену дома и, сыто отдуваясь, задумчиво покосился на дверь. Хозяина не было уже примерно полчаса. Словно в ответ на его мысли в сенях раздались шаги, и вошедший Святослав, окинув стол быстрым, цепким взглядом, с лёгкой улыбкой скомандовал:

— Неси самовар на крыльцо. Заново кипятить станем.

— А что там с дядькой Елизаром? – осторожно поинтересовался Матвей.

— А-а, – махнул старик рукой. – Старость не радость. Спину ему на сырость крутит. Вот я его пчёлками и лечу. Сейчас полежит малость и снова как новый будет.

— Трутней заставляете в поясницу кусать? – не сумел промолчать парень.

— Верно. Откель знаешь? – оживился Святослав.

— Старый способ, – напустил парень туману.

— Старый, верно. Пчёлки, они многое лечить могут. Ты вот что, парень. Особо язык-то не распускай, – неожиданно произнёс старик, глядя парню в глаза. – Ведомо мне, что не нашего ты времени. Батюшка поведал. Зачем ты ему сдался, не спрашивай, не знаю. Его промысел, только ему известен. Но сам сторожен будь. А ежели что, к Елизару иди. Он поможет. А придёт время, я тебя наследником назову.