Книга Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход, страница 103 – Эльхан Аскеров

— А как бы стрелок тогда ушёл? Степь, она как стол. В ней любого далеко видно. Да и выстрелить так, чтобы никого стороннего не зацепить, это уметь надо, а из каторжных стрелки аховые. Им кистени да ножи ближе, – не унимался парень. – Ежели только браконьер какой бывший в ватагу не затесался.

— А ведь верно рассуждает казачок, – снова оживился штабс-капитан.

— Верно-то, может, и верно. Только откуда он всё это знает? – всё так же зло ответил подполковник, явно начиная сомневаться.

— Земля слухом полнится, – ехидно усмехнулся Матвей в ответ. – Средь казаков прежде и каторжные бывали.

— Верно, бывало такое, – неожиданно поддержал его Лукич.

— Выходит, пока вы тут лясы точите, убийца уже и удрать успел? – неожиданно сменил вектор обвинений жандарм.

— Так это не в нас стреляли, – пожал плечами Лукич. – Да и со службой вашей казачий круг не уговаривался. Хотите службы, к атаману ступайте, пишите бумагу, чтоб всё честь по чести было.

— Ладно. Поехали отсюда, – мрачно приказал подполковник, сообразив, что силой тут ничего не добьёшься.

* * *

Растолкав текущие дела, Григорий волевым решением начал ковку булатного оружия. Очень скоро они с Матвеем выработали себе схему, по которой они начали работать. На кинжал уходила в среднем неделя, на шашку – полторы. И это только в том случае, когда все подготовительные работы уже проведены. То есть только проковка и закалка. По уговору они решили сначала изготовить по десятку голых клинков и только после заниматься оформлением. В смысле рукоятями и ножнами.

Зима уже начала вступать в свои права, так что заказов от соседей было мало. К тому же Григорий успел до распутицы заказать подводу угля, и теперь они с парнем занимались только оружием. Кузнецы успели изготовить уже три кинжала, когда на пороге кузни вдруг появилась тонкая девичья фигурка. Краем глаза заметив какое-то движение в дверях, Матвей с силой опустил молот в указанное отцом место и, поднимая его, оглянулся.

Стоявшая в дверях девушка, чуть улыбнувшись, потупилась и, робко шагнув вперёд, негромко спросила:

— Дядька Григорий, спросить дозволишь?

— Погоди, Катерина, проковку закончим и погуторим, – мотнул кузнец чубом, ударяя молотком в нужное место.

Засмотревшись на девушку, Матвей чуть по наковальне не промахнулся. Взяв себя в руки, парень с силой изменил траекторию удара и всё-таки сумел попасть туда, куда было нужно.

— Не спи, Матвейка. После полюбуешься, – рыкнул кузнец на сына, заметив его оплошность.

Они закончили проковку, и кузнец, сунув её в горн, устало спросил, откладывая молоток:

— Чего там у тебя стряслось, красавица?

— Да вот, батя дрова колол, а топор с топорища соскочил и о камень, – протягивая ему инструмент, принялась объяснять девушка.

— М-да, тут проще новый купить, чем этот чинить, – хмыкнул мастер, перебрасывая испорченный топор сыну.

— Ого! – удивлённо качнул Матвей головой. – Он случаем тот камень не развалил? – поинтересовался парень, вертя в руках почти наполовину выщербленный инструмент.

— Что, совсем никак? – огорчённо уточнила девушка.

— Ну, сама глянь, Катерина, – указывая пальцем на лезвие, пояснил мастер. – Ты ж только основную часть принесла. А куда отколовшийся кусок делся, непонятно. Выходит, сюда надо кусок вбивать. Да только долго он не прослужит.