Книга Забытый поход, страница 25 – Эльхан Аскеров

— Да ты смеёшься, что ли? – возмутился Матвей. – Сказано, пластун я. А пластуну иной раз приходится часами на земле пластом лежать, врага высматривая. Вот тут змеи и могут самой главной опасностью стать. Потому и узнавал, как определить, ядовита та гадина или нет, и что делать, ежели ужалит.

— И как? Узнал?

— Кое-что узнал, – кивнул Матвей, оглядывая соседние холмы.

— И как спастись, коль ужалила? – не унимался подъесаул.

— Лекарство особое потребно. Да только редкое оно вельми. И не от всякой змеюки спасает.

— Выходит, даром время терял?

— Всякое знание на пользу, – упрямо качнул Матвей головой. – Кое-чего мне тот доктор всё одно поведал.

— Ну, хоть так. Ты чего там высматриваешь? – насторожился вдруг казак, заметив взгляд собеседника, направленный куда-то в сторону.

— Камни на холме видишь? – негромко уточнил Матвей, кивая в нужную сторону.

— И чего?

— Похоже, в тех камнях укрылся кто-то.

— С чего так решил? – подобрался подъесаул.

— Блеснуло на солнце что-то, да ещё шевеление какое-то имеется.

— Может, птица пером? – с сомнением потянул Стремя, прикидывая расстояние до указанной кучи камней.

— Может, и птица, – в тон ему ответил Матвей, закидывая карабин за спину.

Сотня свернула в обход холма, и Матвей, дождавшись, когда приметная куча скроется из глаз, толкнул Буяна каблуками. Сильный жеребец, негромко всхрапнув, сошёл с дороги и короткой рысью понёс своего всадника прямо на холм. Не доезжая гребня, Матвей осадил коня и, спрыгнув с седла, снял с пояса кнут. Плавным, мягким шагом обойдя взгорок, он подобрался к камням с тыла и, присев за очередным валуном, всмотрелся в примеченное место.

Словно специально, в камнях снова что-то зашевелилось, а после над ними поднялась фигура в местной одежде со старым, капсюльным ружьём в руках. Неизвестный положил цевьё на камень и принялся старательно выцеливать кого-то из последнего ряда. Чуть шевельнув кнутом, Матвей расправил его и резко взмахнул рукой, захватывая плетёной кожей горло стрелка. Затянув петлю на его шее, Матвей заставил неизвестного захрипеть, но тут рядом со стрелком выросла вторая фигура. И тоже с ружьём.

Дёрнув кнут, Матвей уронил первого стрелка и, тут же пустив по кнуту волну, освободил его, чтобы сделать ещё один резкий взмах. Кончик кнута хлестнул второго неизвестного по лицу, заставив вскрикнуть и выронить оружие. Упавшее ружьё грохнуло выстрелом, и спустя несколько секунд десяток казаков взлетел на холм, сжимая в руках карабины. Увидев неизвестных, бойцы слетели с сёдел и моментально скрутили их.

— И как ты их только приметил? – удивлённо проворчал Стремя, разглядывая пленных. – Кто такие?

— Курды это, – перевёл подъехавший Ахмет-хан. – Шли в войско, которое османы собирают. Велено было приходить со своим оружием. И чем оружие лучше, тем больше османы платить обещали. Вот они и решили кого-нибудь из последних в строю выбить. Думали, мы испугаемся и отойдем, чтобы перестроиться, и только после станем выяснять, кто стрелял. А они за то время успеют и коней свести и оружие собрать.

— От же дурни, – презрительно фыркнул Стремя.

— Не скажи, дядька. Иностранцы так и воюют. Прежде строй перестраивают и только после начинают выяснять, кто стрелял. Чего делать с ними будем? – повернулся Матвей к молчащему сотнику.