Книга Толмач, страница 53 – Эльхан Аскеров

К физиономии его парень приложился основательно. Под глазом наливался солидный фонарь, а челюсть слева заметно припухла. К тому же еще и губы превратились в два наливающихся синевой вареника.

— Вы его что, поленом били? – продолжал недоумевать полковник.

— Кулаками, – все так же коротко отозвался Егор.

— Говорю же, звереныш истинный, ваше высокоблагородие, – снова зашлепал Алексей губами. – Вроде глянешь, недоросль обычный. А как до драки дошло, ажно страшно стало. Как есть звереныш, – закончил он, бросив на парня злобный взгляд.

— Поговори мне еще, паскуда продажная, – рыкнул Егор, медленно поднимаясь из кресла.

— Отставить! – скомандовал полковник, но парню на его команды было чихать с высокого минарета.

— Уймись, Егорушка, – негромко попросил дед.

— Как прикажете, Иван Сергеевич, – остановившись, прошипел Егор, одаривая бывшего слугу долгим злым взглядом.

— Итак, господин полковник, как прикажете все это понимать? – жестко поинтересовался Игнат Иванович, закидывая ногу на ногу. – С чего это вы вдруг взялись нам лазутчиков подсылать?

— Господь с вами, ваше превосходительство, – несколько смутившись, негромко вздохнул полковник. – Сложилось так, что по нашему ведомству стали всякие дела появляться, которые по рубежам империи случаются. И потому нам знать надобно стало, что там происходит. А ведомство ваше к своим делам никого подпускать не хочет. Вот и пришлось всякое придумывать.

— А просто договориться не пробовали? Говорят, помогает, – не удержавшись, фыркнул Егор. – Одно ведь, по сути, дело делаете. Разница только в том, кто где дела ведет.

— Вам бы, юноша, помолчать, пока серьезные мужи дело обсуждают, – вдруг вызверился полковник. – И вообще, я бы вас попросил…

— Бабу свою попросишь, – зашипел Егор в ответ, которого этот полковник своим снобизмом уже начал раздражать. – Спасибо скажи, что я дурака этого за лазутчика иностранного принял, а потому решил живым взять. Знай раньше, на кого работает, он бы у меня уже на дыбе визжал.

— А ведь племянник прав, – оборвал злобное шипение парня Игнат Иванович. – Осмелюсь напомнить, что он через всяких разбойников круглым сиротой остался, и потому лазутчиков всяких терпеть не может.

— Неужто и вправду стали бы живого человека мытарить? – растерянно хрюкнув, осторожно уточнил полковник, внимательно его рассматривая.

— Я на границе со степняками вырос, всякого повидать пришлось. А уж тех, кто в горе моем виновен, никак жалеть не стану, – отрезал парень, отвечая ему прямым, твердым взглядом и стараясь держать злобную физиономию.

А главное, он старательно отслеживал собственный голос. Нужно было, чтобы он звучал с уверенностью, которой Егор совсем не ощущал. В прошлом его учили многому. В том числе и бойцы спецназа, с которыми ему пришлось прогуливаться. Понятно, что все это были только обрывки верхушек, но и это было в его положении хлеб. Но чему его никогда не учили, так это применять к человеку пытки. Так что удержать так называемый покер-фейс теперь было важно. Уж очень у полковника взгляд был цепкий.

Такие взгляды Егору уже приходилось видеть в прошлом. Когда с ним проводили беседы особисты. Так что ничего нового тут не было, а вот держать себя в кулаке было просто необходимо. Удивленно хмыкнув, полковник чуть качнул головой и, вздохнув, устало произнес: