Книга Толмач, страница 108 – Эльхан Аскеров

— Ты хоть знаешь, из чего она состоит, та бумага? – продолжал недоумевать дядя.

— Ну, ханьцы, к примеру, бумагу еще до Рождества Христова делали, и ничего. И делали они ее из бамбука. У нас тут его не водится, так что будем делать из того, что под рукой имеется. Все нужное я уже заказал. Привезут скоро, – спокойно пояснил Егор.

— И из чего твоя бумага будет? – не унимался дядя.

— Опилки древесные, тряпки старые, вода, известь и мела немного. Все это в пыль перетереть, а после в большом котле выварить до состояния густой каши. По гладким листам разлить и высушить. После по нужному размеру обрезать, и можно использовать, – коротко и быстро ответил парень, глядя ему в глаза.

— Вот так просто? – не поверил Игнат Иванович.

— Ну, в книге так написано было. Так что пробовать станем, – пожал Егор плечами.

— И много ты той бумаги сделать сможешь? – не унимался дядя.

— Видно будет, – развел парень руками. – Думаю, все от котла зависеть будет.

— Вот ведь удумал, – растерянно покрутил дядя головой.

— Уймись, сынок. Внучок доброе дело задумал. А уж что из того получится, тут уж как бог даст. Зато ни к вину, ни к безобразиям каким у него тяги нет. Пусть себе развлекается, – разом прервал все прения Иван Сергеевич.

Егор, пользуясь паузой в разговоре, отхлебнул остывшего чаю, чтобы промочить горло, когда вошедший мажордом доложил деду:

— Иван Сергеевич, тут вас снова жандармы спрашивают.

— Меня? – удивленно уточнил старик.

— Точно так. Говорят, дело у них серьезное.

— Зови, голубчик, – удивленно хмыкнув, велел хозяин дома.

Вошедший в сопровождении молодого ротмистра полковник Веселовский, увидев все семейство в сборе, слегка смутился, но тут же, взяв себя в руки, вежливо поздоровался. Усадив их за стол, Иван Сергеевич вежливо предложил нежданным гостям чаю и, дождавшись, когда полковник пригубит чашку, осторожно поинтересовался:

— Чем могу служить, господин полковник?

— До нас дошли сведения, что вашего внука хотят убить, – с ходу рубанул жандарм, старательно отслеживая реакцию хозяев.

— О как! – хмыкнул Егор, делая вид, что очень удивлен. – И за что же, позвольте спросить? А главное, кто именно такое дело задумал? Хотелось бы еще понимать, за что?

— Кто, сказать, простите, не могу. Следствие идет, а за что, отвечу, – вздохнул полковник, заметив, как старшие мужчины настороженно переглянулись.

— И за что же? – мрачно поинтересовался Игнат Иванович.

— За переводы его, – снова вздохнул Веселовский, кивая на парня. – Каким-то образом кому-то стало известно, что Егор Матвеевич запросто переводит все восточные тексты, которые оказываются у нас в руках. И потому от него решено избавиться.

— Вот так и знал, что помощь вам ничем хорошим не закончится, – фыркнул Егор с деланым возмущением. – Даже такого простого секрета сохранить не смогли.

— Погоди, Егорка, – осадил его дед. – После ядом плеваться станешь. Что вы предлагаете? – повернулся он к жандарму.

— Внуку вашему, Иван Сергеевич, лучше на время затаиться. А еще лучше и вовсе из имения уехать. А мы пока тут сами разберемся, – быстро ответил полковник явно заранее заготовленным предложением.

— Еще чего, – снова фыркнул парень. – Прикажете всю жизнь от ваших варнаков прятаться?

— А что вы предлагаете? – устало повернулся к нему полковник.