Книга Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира, страница 296 – Эльхан Аскеров

— У вас опять что-то случилось, Максим Алексеевич?

— Слава богу, нет, – понимающе улыбнулся полковник. – Просто в прошлый раз я даже не успел толком отблагодарить вас за спасение Катеньки. Да и супруга моя, Анастасия Михайловна, взяла с меня слово, что я обязательно познакомлю ее с вами.

— Не стоило, Максим Алексеевич, – протянул Елисей с некоторой растерянностью. – Я лишь сделал то, что должен был сделать.

— Давайте не будем спорить, князь, – мягко перебил его полковник. – Уж приличным обедом-то я имею право вас угостить. Не побрезгуйте. Супруга с утра лично на кухне суетилась.

— Почту за честь, ваше высокопревосходительство, – улыбнулся казак.

— Для вас только Максим Алексеевич, князь.

— В таком случае просто Елисей. Рановато еще для полного величания, – не остался в долгу парень.

Полковник широким жестом указал ему на вход и, войдя в дом следом, проводил в гостиную. Едва войдя в широкую, светлую комнату, стены которой были обиты материей в бежевых тонах, Елисей едва не оказался сбитым с ног стайкой детей, с воплями несшихся к двери. Сделав почти танцевальный пируэт, он увернулся от столкновения и, удивленно глядя вслед пронесшейся стайке, растерянно спросил:

— Это все ваши?

— Слава богу, нет, – рассмеялся полковник. – Будь вся эта банда моей, я б уже из дому сбежал. Жена позволила младшему сыну пригласить приятелей. Вот они мне дом и разносят.

— Простите, Максим Алексеевич, а сколько у вас всего детей? – поинтересовался Елисей.

— Трое. Катенька старшая. За ней Заинька. Зоя то есть. И сын, Ванюша. Последыш, – принялся с гордостью рассказывать Корецкий.

— Решили на этом остановиться? – улыбнулся парень.

— Увы, Настенька не особо крепка здоровьем, – вздохнул полковник.

— Ну, тогда и рисковать не стоит, – понимающе кивнул Елисей. – Вы уж простите мое любопытство, Максим Алексеевич. Просто никак в толк не возьму, как бандиты умудрились Катеньку вашу похитить.

— Готовились они, – помрачнев, вздохнул полковник.

— Признаться, я даже рад, что они старшенькую взяли, – поспешил заявить Елисей. – Прихватили бы кого из младших, я б мог и не заметить, когда в коляску заглядывал, – быстро пояснил он.

— Признаться, я о таком и не думал, – растерянно протянул Корецкий, суетливо оглаживая бородку.

— Да я сам только сейчас сообразил, когда про детей ваших услышал, – успокоил его Елисей.

— Что вы тут соображаете? – послышался вопрос, заданный мелодичным женским голосом, и в гостиную вошла миловидная женщина лет тридцати пяти. Среднего роста, кругленькая, что называется, аппетитная, с милыми ямочками на щеках и толстой русой косой, закрученной в узел на затылке.

— О детях беседуем, душенька, – отозвался полковник, бросив на парня быстрый, предупреждающий взгляд. – Позволь тебе представить. Князь, Елисей Халзанов. Спаситель нашей Катеньки. Моя супруга, Анастасия Михайловна.

— Весьма рад знакомству, сударыня, – склонил Елисей голову.

— Господь с вами, князь, – улыбнулась хозяйка дома и, глядя на него глазами, быстро наполнявшимися слезами, вдруг шагнула вперед, беря в ладони его голову. – Спаси вас Господь, за помощь вашу, – всхлипнула она, трижды целуя его в щеки.

— Благодарствую, сударыня, – справившись с голосом, ответил Елисей, оправившись от этого натиска. – Господь свидетель, случайно все вышло.