Книга Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов, страница 143 – Эльхан Аскеров

— Да мамаша у него шибко болеет, а денег почитай и нет. Вот, видать, и решил таким способом заработать, – махнул Елисей рукой.

— Знал бы он еще, как нам то жалованье платят, – скривился комендант. – А пойдем, глянешь. Может, это просто тезка его, – на всякий случай предложил офицер, приводя себя в порядок.

Елисей отправился с ним, в душе понимая, что таких совпадений просто не бывает. Они вошли в комендатуру, и штабс-капитан провел парня в помещение, где тот еще ни разу не бывал. Толкнув дверь на первом этаже, они вошли в кабинет, и парень с ходу признал в разбиравшем бумаги молодом человеке того самого Митю. Увидев посетителей, студент вскочил со стула и, тут же запутавшись в ногах, смахнул со стола какие-то бумаги.

— Господин штабс-капитан, вольноопределяющийся… – начал доклад Митя и, только тут разглядев второго посетителя, об-радованно ахнул: – Елисей! Как я рад вас видеть!

— Говорю же, из комендатуры не выпускать. Искать замучаемся, – развел Елисей руками.

— Да я уж понял, – кивнул комендант, пряча усмешку в усах. – Ладно, молодые люди. Вы тут пока поговорите, а мне обход крепости делать пора, – сказал он и, развернувшись, вышел.

— Митя, я тебе сейчас уши надеру, – зашипел Елисей, засучивая рукава. – Я тебе что говорил? От крепости подальше держаться. А ты чего учудил?

— Так приказали, – беспомощно развел руками Митя. – Сказали, раз я теперь на службе, обязан исполнять. Да и платят тут больше. А деньги нам, сам знаешь, очень теперь нужны, – понизив голос, нехотя признался он.

— Увидеть бы еще те деньги, – скривился парень.

— А я сразу прошение написал, чтобы две трети жалованья моего маменьке передавали, – гордо выпрямился Митя. – Мне тут и трети хватит. А что? Форму выдали. Есть на полковой кухне можно. Жилье имеется. Чего еще желать?

— На полковой кухне? С солдатами? – иронично хмыкнул Елисей. – Да ты с тех харчей через неделю ноги протянешь. К той еде привычку иметь надобно.

— Но люди же привыкли, и я привыкну, – уперся Митя.

— Ну, попробуй, – пожал Елисей плечами. – Как говорится, вольному воля, спасенному рай.

— Так ты, выходит, здесь, в крепости служишь? – поспешил сменить тему Митя. – А чего раньше не говорил?

— К слову не приходилось. Да и не служу я толком. Так, в списках числюсь. Больше своими делами занимаюсь.

— Это какими? – заинтересовался студент.

— Оружие всякое придумываю.

— Оружие?! – изумлению Мити не было предела.

— А чего тут такого? – не понял Елисей. – Я казак от рода, а казаки оружие всегда пользовать умели. Да и делали его часто сами.

— Ну да, верно, – растерянно кивнул студент.

Ну не мог его Елисей воспринимать по-другому. В чем-то сообразительный, в чем-то умный, но в основной массе наивный и доверчивый, словно телок, Митя вызывал у него желание затолкать парня куда-то поближе к цивилизации с полным запретом покидать пределы собственного имения. А если и выпускать со двора, то только в сопровождении пары крепких, умудренных жизнью мужиков. Такой, похоже, даже на собственном подворье заблудиться способен.

— Ну, и что мне с тобой делать? – помолчав, устало поинтересовался Елисей.

— А что со мной делать? – не понял Митя. – Ничего не надо делать. Служу, и ладно.

— Значит так, Митя. Из крепости ни ногой. Пропадешь ни за грош. Здесь жизнь человечья дешевле копейки стоит. Ежели соберешься куда, прежде меня найди. Объясню, как и что делать надобно. И еще. Сам с горцами дела не имей. Обманут. Даже если аллахом клянутся. Мы для них неверные, а значит, нас обманывать не грешно. Запомнил?