Книга Кровавая вира, страница 36 – Эльхан Аскеров

Ну не верилось ему, что женщины и вправду станут стреляться до смерти. В худшем случае все обойдется царапиной или легким ранением. Что ни говори, а дуэльный пистолет это не охотничье ружье, а противник не перепелка. А в руках у него тоже будет настоящий ствол. В общем, по его личному мнению, все должно было закончиться пальбой с последующим примирением.

Услышав его ответ, графиня оживилась и тут же принялась уверять его, что дико благодарна и обещает никогда больше ничего не предпринимать против такого прекрасного человека, как князь Халзанов. Выслушав всю эту чушь, Елисей кивнул и, подумав, осторожно предложил ей на этом и закончить сегодняшнюю встречу. Но отделаться от графини оказалось не так-то просто. Едва услышав его слова, она взвилась фурией, с ходу заявив, что обещала ему обед и не намерена отступать от своего слова.

В очередной раз мысленно выругавшись, Елисей быстро отговорился, что не хочет отвлекать ее от более важных дел. Ведь ей еще предстоит уговорить князя Мышкина принять участие в ее дуэли. Но графиня была непреклонна. Сообразив, что избавиться от нее не получится, Елисей испустил долгий горестный вздох и решил плыть по течению.

К дому графини на набережной Фонтанки они подъехали спустя четверть часа, и женщина тут же развила бурную деятельность. Взбодренные ее командами слуги метались, словно перепуганные мыши. Спустя еще час стол был накрыт, и мажордом пригласил хозяйку и ее гостя в столовую. Отдавая должное стряпне графской кухарки, Елисей попутно пытался для себя решить, что делать дальше.

Да, она была интересной женщиной, и в других обстоятельствах парень бы не упустил возможности слегка расслабиться. Но после того, что случилось, верить ей он не хотел и не мог. Ведь любая минутная слабость могла обернуться для него ловушкой, выбираться из которой пришлось бы жестко. А это, в свою очередь, привлекло бы к нему ненужное внимание. У него было дело, и до тех пор, пока он не сделает его, все остальное должно остаться за бортом.

— Вы удивительно молчаливы, князь, – нарушила графиня тишину комнаты.

— Каждая профессия накладывает на человека свой отпечаток, – кивнул Елисей. – Я пластун, а наше дело – долго и терпеливо сидеть в засаде и наблюдать за врагом.

— То есть вы способны молчать очень долго? – удивленно уточнила графиня.

— Сутками, – кивнул парень.

— Однако, – растерянно качнула головой женщина. – А как же развлекать хозяйку дома?

— Увы, сударыня. С этим не ко мне, – тут же открестился парень. – Я солдат, а не шут. Точнее, казак.

— А что, казаки не знают каких-нибудь занимательных историй? – не унималась графиня.

— Знают. Да только истории те скорее для казармы, а не для женских ушей. Во всяком случае, в свете их рассказывать я бы не стал. Не поймут.

— Фи, князь. Не стоит считать меня кисейной барышней, – фыркнула графиня, кокетливо хлопнув ресницами. – Уж поверьте, я в жизни всякого повидать успела и даже, если помните, замужем была. Так что интимными подробностями вы меня не смутите. Расскажите что-нибудь. Прошу.

«Ну, сама напросилась», – подумал Елисей, вспоминая подходящий к случаю анекдот из прошлой жизни.

Спустя десять минут хозяйка забыла про обед и заливисто хохотала над его рассказами. Елисей же между делом не забывал насыщаться. Закончив с основными блюдами, он с удовольствием прихлебывал чай, продолжая выдавать один анекдот за другим. Закончилось все тем, что графиня попросила пощады. Держась за живот, она уже не смеялась, а стонала, словно у нее вдруг случилось жесточайшее несварение.