Книга Поступь Слейпнира: Поступь Слейпнира. Варвар для особых поручений, страница 187 – Эльхан Аскеров

— Они рабыни. С ними я могу поступить по-другому.

— Как по-другому? – не унимался Вадим.

— Отдать на время кельтам. Я не собираюсь бросать это место и никому не позволю раскрыть его.

— Но зачем ты отослал меня? – снова возмутился Вадим.

— Ты не из нашего мира, – вздохнул Свейн. – Ты хорошо держишься, Валдин, но мы все уже давно заметили, что ты не любишь убивать. И если в бою ты ещё как-то справляешься, то после боя всегда стараешься уйти подальше. Вот потому я и решил отправить тебя в дом. Услышь ты мой приказ, с ходу начал бы что-нибудь придумывать, чтобы сохранить им жизнь.

— Значит, по-вашему, я такой слабовольный? – растерялся Вадим.

— Ты не привык так жить, – устало проворчал в ответ Свейн и, развернувшись, решительно зашагал в сторону дома.

Растерянно глядя ему вслед, Вадим вдруг осознал, что этот неграмотный, немытый варвар оказался умнее его. Высокоцивилизованного офицера, не понаслышке знакомого с ядерным оружием и последними достижениями науки и техники. Этот косматый ярл умудрился понять то, чего сам Вадим понять так и не сумел. Он списывал свои душевные терзания на нежелание становиться кровожадным дикарём, на непривычку сражаться грубым оружием. А всё оказалось намного проще.

Он действительно не привык так жить. Будучи человеком военным, Вадим всегда считал, что привык ходить рядом со смертью. Но на поверку оказалось, что его привычка – лишь бледное подобие настоящей смерти. За прошедшее время, поучаствовав в доброй дюжине рукопашных стычек, он и сам понял, что вид разрубленных голов, отсечённых конечностей и вывалившихся кишок способен надолго отбить у него аппетит.

Даже несмотря на всю свою спецподготовку, он так и не смог смириться с тем, что некоторые из этих ран нанесены им самим. Именно поэтому он всегда старался наносить раны, убивавшие противников сразу, чтобы не доставлять им лишних мучений. Задумавшись, он так и остался стоять посреди пляжа, с опущенными руками и склонённой набок головой.

В чувство его привёл кормчий, без долгих раздумий хлопнув по плечу и громогласно пригласив как следует промочить горло. Вздрогнув от неожиданности, Вадим мысленно выругался и, вздохнув, вместо ответа спросил:

— Скажи, брат, вы и вправду все думаете, что я бесполезный балласт, а не настоящий воин?

— Это кто тебе такое сказал? – от удивления кормчий даже протрезвел, хотя до этого уже успел не раз приложиться к кубку.

— Свейн. Отослал словно слабовольную девчонку, которая в обморок падает едва каплю крови увидит, – с обидой ответил Вадим.

— Брось, парень. Это он не со зла, – отмахнулся Юрген.

— А зачем тогда?

— Затем, чтобы ты не начал спорить при пленниках. Ведь вопрос стоит просто: их жизни против наших. Сам понимаешь, потеряв эту бухту, мы потеряем всё. Помни, мы изгои, а значит, это война.

— Я помню, что мы изгои, – пролепетал Вадим, окончательно выбитый из колеи.

— Вот и не забывай об этом, когда в драку будешь влезать, – сказал кормчий и, взяв его за локоть, решительно повёл в дом.

Получив обещанную кружку вина, Вадим уселся у очага и снова принялся обдумывать сложившуюся ситуацию. Картина вырисовывалась не самая радужная. По всему выходило, что надеяться на него в сложной ситуации северяне просто не станут. А в его теперешней жизни это было не просто плохо. Это было опасно. В этом мире одиночки не выживают.