Книга Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь, страница 127 – Эльхан Аскеров

— Смеешься? – фыркнул Беломир. – Чтобы всякая сопля неумытая меня холопом звала? Да я ж его в первый же раз голыми руками удавлю.

— Ты гонор-то прибери, – сурово насупился сотник.

— А то что? – рассмеялся Беломир. – Не противники вы мне. Ни ты, ни вои твои. Ступай себе.

— Серебро возьми, – снова протянул сотник слиток.

— Себе оставь, – отмахнулся Беломир.

— Я княжью волю сполняю, а за службу мне и так добре платят, – всерьез рассердившись, огрызнулся воин и, коротко размахнувшись, перебросил слиток в руки парню.

Легко перехватив увесистый кусок, Беломир повертел его в руке и, чуть усмехнувшись, протянул Далебору, громко сказав:

— В казну стана положи. Даст род, кого и выкупим.

— Большие деньги отдаешь, парень, – осторожно высказался старик.

— А жизнь человечья сколь стоит? – повернулся к нему Беломир.

— Зря ты так-то, витязь. Не враг я тебе, – устало вздохнул сотник.

— Знаю. Потому и баю с тобой, а не рублюсь, – спокойно кивнул парень.

— У нас тут чернец пропал. Не видал его случаем? – вдруг спросил сотник, вонзив в собеседника настороженный взгляд.

— Я и знать не знал, что он у вас вообще имеется, – удивленно хмыкнул Беломир. – С чего вдруг монах в поход воинский пошел?

— Княжича наставник он, в науках всяческих, – коротко пояснил сотник.

— Ну так, у княжича и спрашивай, – фыркнул парень. – А мне до чернеца вашего и дела нет. Да и чего ему в стане нашем делать?

— Тоже верно, – задумчиво протянул сотник и, махнув рукой, отправился к своим бойцам.

— Ты с чего его задирать взялся? – вдруг напустился на парня Далебор. – Иль и вправду решил, что сумеешь один супротив сотни устоять?

— Не люблю, когда меня от серьезного дела отвлекают, – жестко отозвался Беломир. – Им забава, а у нас дело встало.

— Прав был Серко, – помолчав, задумчиво произнес старик. – Не ладится у нас.

— В чем прав? Что не ладится? – моментально подобравшись, быстро уточнил парень.

— После расскажу, – вдохнул Далебор, махнув рукой. – Вой ты добрый, а вот норов словно у бирюка лесного. Того и гляди, в глотку вцепишься.

— Настоящего воя без норова не бывает. Тебе ли не знать? – жестко усмехнулся Беломир. – Себя молодым вспомни.

Изумленно уставившись на него, Далебор несколько секунд удивленно молчал, а потом, вдруг громко рассмеявшись, одобрительно произнес:

— Уел ведь, крапивное семя. Ступай от греха.

— Зря ты с ним собачиться стал, – догнав приятеля, негромко произнес Векша. – Далебор, хоть и суров, но за своих завсегда стоит.

— Вот именно, за своих. А я для него, похоже, так чужаком и остался, – вздохнул Беломир, обреченно махнув рукой. – Да и не собачился я с ним. Так, на горло себе наступить не позволил. А ему, видать, то не по нраву стало.

— А может, уедем, друже? – неожиданно спросил Векша, зябко кутаясь в овчинную безрукавку.

Как ни крути, а на улице стояла местная зима, и холодный ветер моментально выдувал из-под одежды всякое тепло. Так что выходить из дома, как следует не одевшись, было чревато простудой и тому подобными прелестями. А если вспомнить, что с антибиотиками и вообще с лекарствами в этом времени было никак, то результат такого поступка угадать не сложно. От простуды тут умирали едва не чаще, чем от нападений врагов.

— Куда? Да и как? Бросить все? Зачем тогда вообще затевались? – устало вздохнул Беломир, понимая, что в чем-то кузнец действительно прав. – У меня одного кирпича вон заготовлено, почитай, дом поставить можно. А там еще и черепица, да у тебя железа да инструмента всякого – не всякий воз свезет. И куда прикажешь со всем этим добром деваться?