Книга Кодекс Охотника #09, страница 48 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Место там было живописное – берег Байкала, и множество срубов вдоль него. А ещё там был армейский форпост с небольшой флотилией катеров, которые приглядывали за озером, и прилегающей к нему территорией. Так что дорога туда была проложена капитальная. И в принципе, сделать охотничий лагерь неподалёку от армейского форпоста было здравой идеей. Сделавший это сильно экономил на охране. Но это всё далеко идущие планы, а голова у меня болела нынешними делами.

Я улыбнулся, вспомнив лица моих работников, когда фуры открылись, и оттуда с веселым визгом посыпались разноцветные желеобразные скотинки. Не обошлось без казусов. Пара огненных шаров полетела не в ту сторону. Три плевка кислоты подпортили мое имущество. Но слава яйцам, обошлось без жертв. Пришлось быстро, буквально пинками, загнать их внутрь. В этом мне очень помогли два братана – Затупок и Дегенерат, которые с весёлыми звуками изображали из себя пастушьих собак, что гнали отару слаймов в нужном направлении. Да, делали они это не очень нежно, но что толстой шкуре Затупка, что каменному телу Дегенерата было похрен на кислотные плевки и огненные шары. Вот только, после того, как они мне оказали помощь, они были похожи на какие-то предметы авангардного искусства, выкрашенные с ног до головы разноцветными чернилами. Выглядело это очень забавно.

Когда вся мелочь была устроена, передо мной остался только Абсолютный слайм, которого я решил представить своим друзьям. Затупок и Дегенерат не поняли важности момента, и решили поиграть новым другом в футбол, за что были заплёваны всем, что только смог изобразить наш друг. А изобразить он мог практически всё – любое свойство всех остальных слаймов.

В итоге, когда шерсть Затупка всё-таки стала гореть и дымиться, а тот, походу, расстроился, я подхватил слайма на руки и пнул Затупка по толстой заднице.

— Хватит, наигрались уже.

Тут как раз подошла Анна.

— Смотри, какой прикольный! – протянул его ей.

— Бульк! – сказал слизнюк. Тело его мгновенно стало прозрачным, а внутри, как в большом телевизоре, на наших глазах распустилась большая красная роза.

Да, слизнюк был немного эмпатом. Он точно понял, что перед ним девушка, и что она любит красное.

— Уи-и-и! Какая прелесть! – благородная Анна Голдсмит издала звук, похожий на тот, что издавали слаймы.

А потом случилось вообще удивительное – роза, будучи сперва изображением, подёрнулась, и стала как будто материальной. А через некоторое время вышла из тела, и на тонком щупальце слизнюк протянул её Анне.

Анна осторожно ее взяла в руки, а затем внимательно посмотрела на слайма.

— Спасибо, Валера, – сказала она.

Я аж поперхнулся.

— Спасибо, кто?!

— Ну, Валера. Его же зовут Валера!

— С хера ли это? – удивился я.

— Не знаю, – Анна, не отрываясь, рассматривала «розу», и продолжала размышлять. – Слизнюк Валера, по-моему, звучит круто!

— Ты бы его ещё Олегом назвала, – рассмеялся я, и Анна первый раз оторвала взгляд от розы, серьёзно взглянув на слайм.

— Ну какой же он Олег, если он Валера!

Я хмыкнул.

— Хорошо, будешь Валерчиком.

Я аккуратно спустил его на землю, незаметно показав Затупку кулак. Тот, кажется, понял мой сигнал.

— Посмотри, какая тонкая работа, – протянула мне розу Анна.

Я взял цветок в руки, и вынужден был согласиться. Конечно, это была неживая роза. Больше всего она была похожа на какое-то украшение, полностью вырезанное из драгоценного камня. Точнее – из драгоценных камней, потому что у неё, как у настоящей розы, были зелёные листья, чуть красноватые шипы, и сам цветок ярко-красный.