Книга Кодекс Охотника #14, страница 57 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Ваше Императорское Величество, — послышался уважительный мужской голос.

— Привет, братец, — улыбнулась она.

— Здравствуйте, Ваше Императорское Величество!

— Ой, давай без этих! Линия защищена, мы сейчас только вдвоём.

— Ну, здравствуй, сестричка! — голос мужчины поменялся, в нём скользила любовь и некоторая ирония. — Чем политический ссыльный может помочь своей венценосной сестре?

— Макс, хватит дурачиться, — оборвала она Доброхотова. — Новости видел?

— Да, думаю, их все видели, — коротко хохотнул Доброхотов.

— Мне же не показалось, что Меньшиковы выразили сомнение в моей адекватности?

— Выразили сомнение в твоей адекватности? Без обид, сестрёнка, но они буквально назвали тебя слепой и тупорылой дурой.

— Эй-эй! Я всё-таки Императрица, — Елизавета аж приподнялась с кресла от такой наглости.

— Ты меня знаешь, я прямой, — послышался голос Доброхотова, уже без всякого смеха. — Ты сказала разговаривать нормально, я так и делаю. Так вот, моё личное мнение, что Меньшиковых надо вырезать под ноль. И я тебе это говорил уже сколько, лет двадцать?

— Да-да, конечно. Забрать себе их земли и устроить маленькую сибирскую империю? Макс, не начинай снова, мы это уже проходили.

— Конечно, проходили, — согласился он. — Но моё мнение так и не поменялось.

— Я объявила мораторий, — сказала Елизавета.

— Да, конечно же, об этом я тоже слышал. Не буду критиковать твоё решение, но если оно тебе интересно, то ты несколько поторопилась.

— Но без этого решения был шанс, что мы потеряем нашего нового Абсолюта.

— Ты про Галактионова? — Доброхотов снова развеселился. — Это кто, старый пердун Меньшиков уничтожил бы его? Сестрёнка, ты же Императрица, а не юмористка. О чём ты только говоришь?

— Он бросил клич четверым Меньшиковым сразу.

— И это я, конечно, тоже слышал. Думаю, что для юного барона и это не составило бы проблемы. Неужели ты думаешь, что у меня не было там своих ушей? Зря ты меня не пригласила на этот банкет.

— Ты же понимаешь своё и моё положение.

— Понимаю и принимаю, — сразу погрустнел Доброхотов. — Но у меня тогда не было другого выбора.

— Макс, не начинай опять, — сказала Императрица, и на секунду задумалась. — С другой стороны, учитывая, что моего супруга сейчас здесь нет, возможно, у тебя есть шанс отличиться.

— Ты знаешь, я готов! Всегда готов послужить Империи, и тебе лично, — теперь в голосе Доброхотова зазвучала надежда. — Что нужно сделать?

— Я тебе ничего не могу прямо приказать, я же Императрица, — развеселилась Лиза. — И опять же этот мораторий, — она сделала паузу, дожидаясь ответа.

— Вы знаете, Ваше Императорское Величество, — снова перешёл на официальный тон Доброхотов. — Я думаю, у меня срочно появились кое-какие дела, о которых вам совсем знать не обязательно.

— Да, конечно, герцог, — поддержала игру Императрица. — Надеюсь, что после завершения ваших дел вы сможете прилететь ко мне в столицу. Думаю, пришла пора отменить запрет на ваше появление в столице Империи. Уверена, нам найдется, что обсудить.

— Лиза… — голос Доброхотова сбился. — Я всё сделаю. И спасибо!

— Пока не за что, брат мой, пока не за что.

Императрица российская нажала на кнопку отбоя и довольно посмотрела на своё отражение. Когда-то она считала своего брата самым отмороженным аристократом Империи. И она была недалека от истины. Вот только с появлением Галактионова, первенство Доброхотова оказалось под большим сомнением.