Книга Кодекс Охотника #17, страница 48 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— БРА-А-А-А-АТА-А-А-АН!!!! — ревел он, ведя за собой своих собратьев.

Конечно, Серые не были слабаками, но напор явно оценили. Особенно тот, который улетел в расщелину после удара шипастой дубины.

Из неприятного было то, что эти уроды бегали по земле и громко топали, из-за чего внизу начал шевелиться Ледяной Шатун. Как бы он не проснулся, а то тогда нам всем сладко не покажется.

Бурб и Бух разошлись до такой степени, что я только их силуэты и видел. Они, кажется, ради розовенькой решили шагнуть за предел, и не упустить ни одного литра… то есть врага. Но при этом всем легко не было. Когда Бурбулис пропустил удар сразу от трех противников, то у него тут же брызнула кровь во все стороны. Думал, что уже потерял франта, но нет, живучий… Я тоже страдал и превозмогал, но не очень сильно.

Как бы это мягко сказать, но Рой есть Рой. У них одна идеальная техника сражения, которую они используют во всех своих сражениях, и я ее заучил уже до дыр. Буквально могу угадать их следующий удар. А еще я призвал сотню разных существ, которые путаются под ногами и отвлекают. Снайпера и гвардейцы тоже помогают тем, что ведут прицельный огонь, и уже шестерых убили, прострелив тем глазики.

Когда я с улыбкой отбивался сразу от троих и шел к Бурбу на помощь, то в меня вдруг прилетел такой силы луч, что даже на блок его не захотел брать.

А вот и модик… Модифицированный Серый… У него глаз, как вся голова, а ведь Шнырька паршивец не сообщил, что он здесь есть. Или тот отстал от основной группы?

Пришлось напитаться силой еще сильнее и швырнуть свой клинок. Дальше пришлось вытаскивать его уже из глаза… ну и пробитого мозга.

— Осторожно!!! — кричу я Астахову, и тот едва успевает пригнуть голову, как над ним проносится луч.

А нет, он не успел. Это Шнырька его опустил. Теперь Астахов держится за мужское достоинство, и смотрит со злостью на противника, который чуть его не убил.

— Ш-ш-шпаш-шибо, ш-ш-што ш-ш-шывой, ши-ши-ши… — вновь оказался мелкий на моем плече, радостно хихикая и потирая лапки.

— А если у него потом детей не будет?

— Ш-ш-шлабак тогда… — пожал Шнырька плечами.

— Хм… Может мне тебя пора женить?

Шнырька сразу пропал. Смельчак хренов.

Когда битва закончилась, я должен признать, что это было интересно. Не просто видеть Бурбулиса с разбитым лицом и Буха с чаем в руках.

А все чего? Он таки упал в расщелину, а там было подземное течение, и такой лютый минус, что выбраться оттуда едва смог. Пришлось отправить за ним Виверну… Шесть штук…

Все бы было хорошо, но я вижу то, чего не должен видеть. Вдалеке поднимается буря… И если мы быстро не найдем укрытие, то больше нам искать ничего в этой жизни уже не нужно будет. Там такой порыв ветра, что снежинки и льдинки превращаются в острые ножи.

Надеюсь, у Ольги там все хорошо. С ее тактикой.

Побережье Японии

Немного времени после отбития атаки тварей

— Дженя, о чем задумался?

— Ваше Императорское Высочество? — Абсолют Империи Евгений Алексеев с улыбкой поднялся на ноги при приближении японской принцессы.

Они были знакомы с детства, и при первой встрече маленькая Эмико не смогла правильно произнести имя тогда еще совсем молодого Абсолюта. С тех пор они часто виделись, а «Дженя» так и приклеилось и стало своеобразной шуткой для них двоих. При других людях Эмико обращалась к нему исключительно как «Евгений Алексеевич».