Книга Кодекс Охотника #16, страница 15 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Вот только вероятный бой на два фронта этими «затычками» точно не заткнёшь. Всё, что могла сделать Елизавета, это дать Ивану Морозову карт-бланш на любые действия. И он начал действовать. Империя уже начала содрогаться.

Первыми завыли аристократы, чьи очереди на получение новой техники и вооружений, большую часть которых они потом, пользуясь уловками законодательства, с выгодой для себя перепродавали за рубеж, отодвинулись далеко вниз. А на первые места вышли заказы Имперской Армии.

Вторым указом поднялось денежное довольство рядовых и офицеров армии, заставив задуматься многих тех же бывших военных, которые ушли за длинным рублём в родовые гвардии о том, чтобы вернуться. Бюджет Империи трещал по швам, но Елизавета здраво рассудила, что пусть лучше трещит бюджет, чем сама страна.

При всех этих заботах, она не могла не следить за Галактионовым. Точнее… нет, не так. Его фамилия, как чёрт из табакерки, выскакивала с завидной регулярностью в её отчётах. И если Императрица думала, что он уже не в силах её удивить, то с каждым разом она ошибалась.

Граф дал вассальную клятву барону. С ума бы не сойти!

Елизавета прекрасно знала историю и законы Империи. В принципе, Галактионов заслужил титул виконта уже давно, а возможно и графа. Вот только всё это он заслужил, если бы выполнял свои, надо уж признать, действительно, подвиги по благословению Империи, а не по собственной инициативе. Сейчас же это всё выглядело, как закидоны борзого, но очень удачливого барона. Да и что-то подсказывало Елизавете, что титул для Галактионова совсем не имеет решающей роли.

— Дворянское Собрание подпишет?

— А как вы думаете? — нервно перекосило Румянцева. — Андросов, Долгоруков, Морозов поспособствовали этому. Да, закон будет соблюдён.

— Вот и хорошо, — она взглянула на свой телефон, который был в беззвучном режиме, но он сейчас моргал, показывая, что идёт входящий вызов.

Императрица подняла телефон и поднесла трубку к уху.

— Спасибо, что живой! — сказала она суровым голосом, но, тем не менее, не выдержала и тепло улыбнулась.

— Здравствуйте, Ваше Императорское Величество! Звоню лично засвидетельствовать, что начало наступления на мятежное образование прошло успешно. Я планирую оказывать всяческую поддержку Имперскому корпусу, — раздался из трубки сочный мужской баритон.

— Спасибо, Максимилиан Венедиктович, — улыбнулась она. — Но, возможно, вам надо немного отдохнуть.

— У Пашки язык за зубами не держится. Что он наплёл уже?

— Генерал-майор Морозов, — подчеркнула она словами, — доложил своему отцу… Я хотела сказать, министру обороны о том, что герцог Доброхотов находится в чрезвычайном энергетическом истощении, и зачем-то пытается это скрыть.

— А Паша хорош… — рассмеялся в трубку Доброхотов. — Думал, что он не заметит.

— То есть, ты не отрицаешь, что выжат, как лимон? — уточнила Императрица.

— Как лимон? Сестричка, раз пошла такая пьянка, то я могу сказать, что меня не то, что выжали, как лимон. Меня прокрутили через мясорубку! Китайцы пошли ва-банк. И судя по остаткам трупов и снаряжению, что раскопали мои ребята, они не стали размениваться и послали «Сыновей Дракона».

— Императорскую гвардию? Реально? — нахмурилась Елизавета. — А почему мне об этом не доложили?

— Да потому, что Павел на лихом коне проскакал мимо, как ветер, а мои только закончили разбирать обломки дирижаблей. Ну, ничего, его мы тоже уведомили, так что думаю, он будет готов. Именно поэтому я и хочу отправиться на подмогу. Я-то с этими ублюдками сталкивался и знаю, что они могут. Его батюшка тоже сталкивался, а вот пацан нет.