Книга Кодекс Охотника #23, страница 87 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Больше не повторится.

— Вот и хорошо, — сказал он. — Итак, в последний раз спрашиваю, что вам надо?

Был ли передо мной перерожденец или какая-то высшая сущность из моего прошлого — трудно сказать. Сканирование у меня не удалось. Драться со мной он не собирался. Лезть ему в душу — но зачем? Я этого не сторонник. Живёт себе человек, кто бы ни был, никого не трогает.

— Вот этот молодой человек, — кивнул я вниз, — обладает кровью Галактионовых. И я приехал забрать его, — так же спокойно сказал я, пытаясь поймать взгляд загадочного мужчины. Вот только это было непросто. Он смотрел на небо, на картошку, на землю, но только не на меня. Сейчас он смотрел вниз на стоящего внизу мальчика.

Дальше случилось неожиданное.

Он засунул два пальца в рот и заливисто свистнул, привлекая внимание. Затем махнул рукой. Парень снизу тут же подорвался, и лёгкой трусцой побежал вверх.

Глядя на его движения, я понял, что здесь пахнет Даром физика. Причём, сильным Даром. Что там скрывается у него внутри? Ну, это мы посмотрим, когда откроем медальон.

Он поднялся наверх и коротко кивнул.

— Привет, Пашка! — сказал мужчина.

— И тебе привет, — шмыгнул парень, и вытер рукой нос.

«И тебе привет»? Хм, я думал, что это сам Дорничев. А это… Блин, у меня в голове всё перепуталось. А может… это и был Дорничев? Но тогда почему он на «ты» со своими людьми? А с другой стороны, он в таком же костюме. И руки у него явно рабочие. Походу, он картошку собирает. Да ещё и не представился. А, в жопу! Слишком много думать.

Я с интересом ожидал продолжение разговора.

— Это Александр Галактионов. Помнишь, я тебе рассказывал, что когда-нибудь они придут к тебе?

— Да, помню, — парень ещё раз шмыгнул, ещё раз вытер нос, с интересом осматривая меня.

А я, в это время, немножко подохреневал.

— Так вы знали? — спросил я.

— Я всё знаю, что творится на моих землях, — так же буднично ответил мужчина.

— И вы не против? — уточнил я.

Первый раз за весь разговор на лице мужчины появилась лёгкая улыбка.

— А как я мог быть против? Он же Галактионов по крови. И Дорничевым никогда не станет. Вот только… — мужчина нахмурился. — Если я узнаю, что ты обращаешься с ним плохо, я выберусь из своей башни и приду к тебе в гости. Тебе это совсем не понравится.

И снова всё это было сказано абсолютно спокойно, без наезда, как-то буднично. Блин, опять это слово. Но ничего другого я сказать не могу. Да, все разговоры были какие-то «будничные», как будто наезжать на Абсолюта Галактионова, которого знает весь мир, это в порядке вещей. А ещё самое интересное, что это не звучало обидно. Это скорее звучало, как проявленная забота. А заботу я принимал и ценил.

— Всё с ним будет хорошо, — я наконец встал и протянул ладони. — Ну, привет, Пашка! А где твои родители?

— Все погибли, — точно так же спокойно, как и старший мужчина, сказал парень. На лице у него не было ни злости, ни обиды. Он не был расстроен. Он просто констатировал факт. — Это долгая история. Но мне кажется, что у нас будет время, и я вам всё расскажу.

— С удовольствием послушаю, — сказал я.

— Вот и хорошо, — сказал мужчина. — А я за сим откланяюсь. Теперь здесь на одного работника меньше. Я, пожалуй, пойду и помогу.

Мужчина неторопливо пошёл вниз к огородным полям.

— А про какую башню он говорил? — уточнил я, нахмурившись.