Книга Кодекс Охотника #23, страница 10 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Призрак, ты далеко?

— Ну, это зависит от того, где сейчас ты. Тогда я уже, так и быть, скажу, далеко ли я от тебя.

— Очень смешно, — хмыкнул я. — У Сойки телефон отключён. Она в Разломе?

— Ну да! Водит детишек в Эпицентр. У них там сегодня что-то вроде выпускного экзамена.

— Слушай, когда она появится на связи, пусть мчится ко мне. У меня есть для неё новый курсант.

— Курсант? — удивился Призрак. — Так все же Одарённые дети в Игнатовке. Кого ты там ещё нашёл?

— Как кого? Нашего Поручика, — улыбнулся я. — Кстати, — вспомнил я пожелание медоеда перед тем, как он снова потерял разум, — какое звание после поручика?

— Штабс-капитан, — быстро ответил ветеран.

— А это уже старший комсостав? Или всё ещё средний?

— Всё ещё средний, — сказал он. — А что?

— Да я вот думаю, заслужил медоед новое звание или нет?

— Слушай, я хоть и отставной офицер, но как ты знаешь, подразделение, в котором я служил большую часть своей службы, далека от армии. А что ты у Волка не спросишь?

— Да Волку сейчас… — я задумчиво почесал голову, пытаясь подобрать слова.

— Херово? — напрягся Призрак.

— Неправильное слово, — сказал я. — В общем, скажем так… Волк сейчас получил небольшой отпуск. Он постигает новый мир под зорким присмотром своей невесты. Им нужно некоторое время побыть в изоляции.

— Ха, ясно. Я думал, что у него кукуха поехала.

— В смысле? — удивился я. — А что случилось?

— Да он странные СМС-ки последнее время шлёт. Вот, к примеру, вчера… Сейчас зачитаю, — послышался шорох, видимо, Призрак открывал экран. — «А ты знал, что наше иркутское пиво сделано не с немецкого солода, как обещано в рекламе, а с китайского. И основа у них этот долбаный концентрат пивного бренда „Херомама“. И эти гады дурили нас всё это время!» Вот как на это реагировать? — уточнил Призрак.

— Да никак! Я же тебе говорю, что Волк постигает мир. В том числе, перед ним открывается всё разнообразие вкусов, скрытое от обычного… гхм… человека. И не удивляйся, что у него теперь диета может поменяться. Ну так, в ближайшее время.

— А к нему точно в гости нельзя? — спросил Призрак.

— Не то, чтобы нельзя, — сказал я. — Он не в изоляции. Точнее, он в добровольной изоляции. Я просто боюсь, что графиня Болконская никого к нему не подпустит. Она как наседка, беспокоится сейчас о бедном Волчонке, не подпуская к нему никого.

— Понятно! По Сойке принял! Моя помощь нужна?

— Пока нет, — сказал я и отключился.

Я посмотрел на часы, вызвал «Буревестник» и полетел в тюрьму. Там всё ещё оставалось два дела.

Судя по всему, через час, по моей просьбе, Дух разморозит тех самых вождей погибшего мира Элизиума. Я долго откладывал этот разговор на потом, но, походу, его час настал.

А ещё меня интересовала Арина Галактионова. В свете увиденного мной в видениях медоеда, Распутин должен умереть. А учитывая, как была близка эта сладкая парочка, то Арина точно должна знать что-то мне полезное.

Раздался звонок, я посмотрел на абонента. Да, верный СБ-шник, личный помощник Болконского — Влад Громницкий.

Я взял трубку.

— Давно не слышались, какими судьбами?

— Александр, приветствую вас! — сказал он. — Я касаемо вашей просьбы.

— Какой из тех ста, что я передал вашему ведомству? — хмыкнул я.

— Очень остроумно, Александр. Тем не менее, — помощник хмыкнул.