Книга Кодекс Охотника #25, страница 29 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Я был уверен, что драконидов не осталось, а тут вон оно что, — рассмеялся я, пытаясь добраться до его души и одновременно окутывая свою душу плотным покровом.

— А я-то думал, что перерожденных Охотников-дохляков в этом мире не существует, — копируя манеру моей речи, засмеялся драконид.

Я же, наконец, нащупал то, что хотел узнать, и кое-что понял. А именно то, что мой доспех надет на меня сверху, с этим конкретным индивидом мне ничем не поможет. Но у меня всегда есть план «Б».

— Хочешь поговорить об этом? — сказал я, замедлив свой шаг, но продолжая неторопливо продвигаться к спокойно сидящему дракониду.

— Вообще не имею желания, — покачал головой он с усмешкой. — Что я усвоил: Охотник всегда остаётся Охотником, даже если он такой жалкий, как ты сейчас. Поэтому я, пожалуй, не буду рисковать. Прости, Охотник, я искренне не хочу этого делать, но у меня нет выбора.

Мгновение, и у него в руках образовался огромный лук, из ниоткуда появились стрелы, и три стрелы, одна за другой, сорвались с тетивы, чтобы тут же пропасть из этого мира.

Я не зря подумал о том, что в данной ситуации мне доспех не поможет. Этого драконида я знал. Его звали Антарес. И в какой-то мере он был моим коллегой, Охотником среди расы драконидов, который, по воле своего Патриарха, путешествовал по Многомерной Вселенной, решая кое-какие вопросы.

А ещё он был Астральным Воином. А это значит, что его оружие (Антарес всегда пользовался луком) игнорировало здравый смысл и логику большинства миров, пробивая доспехи существ и людей, как будто их не существовало. Прямо сейчас я должен был упасть на землю, а из моих глаз и сердца должны были торчать три стрелы. Именно так Антарес и работал — три стрелы, три смертельных раны, и ни одного промаха. Но прямо сейчас стрелы почему-то не проявились.

— Что за?.. — на лице Антареса появилось дикое изумление.

Снова он вскинул лук, и ещё три стрелы полетели в мою сторону, чтобы так же не долететь.

— Где… Где мои стрелы? — забавно было на него посмотреть. Сейчас он походил на расстроенного ребёнка, у которого забрали игрушку.

Ну да, проживи так тысячи лет, в то время, как твои способности не давали сбоя, а тут в какой-то момент ты понимаешь, что что-то пошло не так, именно в тот момент, когда это больше всего тебе нужно.

— Где твои все стрелы? — улыбнулся я. — Ну, вероятно, ш-ш-шпиж-ж-ждили, — хмыкнул я, и из носа у меня потекла кровь.

— Ши-ши-ши! — раздалось сбоку, и шесть стрел, одна за другой, выпали из воздуха и упали на траву.

Да, сейчас был именно тот момент, когда я делал хорошую мину при плохой игре. Шнырька смог перехватить эти стрелы. Вот только энергии на это я потратил чуть ли не больше, чем совсем недавно во дворце Императора против гораздо большей толпы. Ведь астральный воин — это астральный воин, и если он захочет убить тебя, то нужно очень постараться, чтобы это предотвратить.

Я с ужасом думал, что ещё три стрелы, которые в меня полетят следующими, я ещё перехвачу. А вот дальше надо бросаться в рукопашную, и это будет, ох, какой непростой бой. Но, с другой стороны, есть другой вариант.

— Покажись! И расскажи, трудно было? — я незаметно вытер кровь под носом, небрежно бросив слова в воздух.

Выпендрёжник Шнырька появился у меня на плече в больших чёрных солнцезащитных очках и с толстой золотой цепочкой на груди, а на каждом пальчике лапы были нанизаны по нескольку золотых перстней, да так, что у него, собственно, лапка не сжималась, но он умудрился двумя руками держать чашечку с какао, в которой плавала зефирка, и создавать чрезвычайно пафосный и уверенный в себе вид.