Книга Кодекс Охотника #25, страница 101 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Здравствуй, дорогая! — Бухич широко раскинул руки и быстро подошёл к своей дочери.

Она рефлекторно сделала два шага назад, но старого Императора это ничуть не остановило. Он буквально подпрыгнул к ней и заключил её в объятия. Учитывая разницу их размеров, это получилось у него довольно легко. А дальше он неожиданно начал крутить её, а в конце, и вообще, подкинул в воздух. Я прикинул — метра так на четыре.

Но надо было видеть в этот момент лицо Елизаветы. Она улыбалась, и была просто счастлива. С какой любовью она смотрела на своего отца, я даже испытал лёгкую зависть. Мой папашка-король был так себе. Да и Годарт до моего совершеннолетия явно был далёк от идеала отца. Но, с другой стороны, я сам могу стать таким отцом.

Я повернул голову направо и встретился глазами с Анной, которая держала на руках мелкого Антона Александровича. И, судя по её глазам, она подумала о том же самом, потому что молча, просто укоризненно, покачала головой. Мне стало немножечко стыдно, но совсем ненадолго, потому что человечество, кроме меня, никто не спасёт. А с другой стороны, Антоха ждать меня, чтобы повзрослеть, тоже не будет. Придётся, как это Анна называла умными словечками, находить баланс между личной жизнью и работой.

— Поставь меня на землю, я же Императрица, — прошипела Елизавета, но по её глазам было видно, что ей вполне комфортно в сильных руках отца.

Очередной раз это подтверждало, что дети всегда остаются детьми. Даже если ты одна из самых сильных Одарённых мира и Императрица огромного государства.

Бухич с усмешкой поставил её на землю.

— Слушаю и повинуюсь, Ваше Императорское Величество! — улыбнулся ей.

— Здравствуйте, дядя! — подал голос Доброхотов, подойдя сбоку.

И вот тут было неожиданно. Бухич нахмурил брови и повернулся к нему.

— Всё ещё продолжаешь убивать людей в момент плохого настроения… племянничек? — последнее слово он словно выплюнул.

А вот тут интересно было посмотреть на Алмазного Короля. Говнюк он был редкостный, что уж там говорить. Но вот страха или уважения в его глазах я особо не видел, даже в те моменты, когда сильно прижимал ему хвост. Но вот прямо сейчас он понурил плечи, как будто даже уменьшился в размерах.

— Прости, дядя. Я стараюсь не выпускать внутренних демонов, — тихо прошептал он.

На это Бухич громко расхохотался, причём смех его явно не был весёлым.

— Вот, посмотри на этого мальчика, — он кивнул на Иллариона. — Вот у кого внутри демоны. И он держит их в узде. А ты просто избалованный сопляк, которому Вселенная дала слишком много ума и сил для такого характера. Хорошо, что моя сестра умерла, не дождавшись момента увидеть, во что ты превратился.

— Дядя, всё совсем не так!

Ну вот, и Доброхотов показал зубки. Видимо, он был готов терпеть наставления от своего могучего дядюшки, но и у него всё-таки, рано или поздно, наступал «перебор». Да и что тут говорить — характер, что у него, что у Елизаветы, что у Бухича явно родственный. Из той породы, что загнобить кому-то вряд ли удастся. С другой стороны, это может продолжаться вечно, поэтому я вздохнул и выступил вперёд.

— Алмазный мудак, конечно, тот ещё урод, — примирительно начал говорить я. — Вот только и добра для Империи он сделал больше, чем большинство так называемой аристократии, вместе взятой.