Книга Кодекс Охотника #28, страница 107 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Впереди, быстрая, как молния, вырвавшись далеко за строй, как будто привыкшая сражаться в одиночку, хрупкая девушка сметала одним взмахом меча несколько врагов. В отличии от призраков Скверны, порождения медоеда звуков не издавали, но по лицу девушки было видно, что она смеется. Смеется от радости, от того, что снова может держать меч и снова может вступить в бой. Я узнал это лицо. Ведь окаменевшее тело героини стояло в нашем фамильном склепе. Алёна Галактионова, лучший Истребитель Монстров своего времени, не потеряла своих навыков и сейчас.

За ней, на острие острого клина, в который выстроились «наши» призраки, шел Антон Галактионов. Он шёл, как ледокол, неспешно, но уверенно и неотвратимо, не делая ни одного лишнего движения. Шаг-удар. Шаг-удар. Призраки распадались на куски, а бывший глава Гвардии Рода Галактионовых собирал кровавую жатву.

Алёна осталась статуей, Антона я видел в оковах льда. Некоторых других — только на картинах, иллюстрациях и фотографиях. Но их я тоже узнал. Глубокий капюшон скрывал лицо главного ликвидатора Рода — Анатолия Галактионова. Он работал мечом и зажатым в другой руке длинным острым кинжалом, а плавности его движений позавидовали бы Магистры из Ордена Асассинов.

Кодекс меня подери! Анна Галактионова выглядела, вообще, как девочка! Однако, кто бы не обучил ее искусству боя, он проделал отличную работу. Теперь я понимаю, как это вчерашнюю девочку назначили командиром гарнизона «Верности». Она была великим воином!

Андрей Галактионов. Также вчерашний юнец, которому не удалось возмужать и проявить себя во всей силе и красе, тем не менее, стоял плечом к плечу с Анной, и они прекрасно дополняли друг друга в бою.

Я присмотрелся еще тщательней и заметил, что некоторый мечи в руках призрачных воинов были идентичными. Гидра в руках Алёны и в руках могучего мужчины, который сосредоточенно хмурится, уничтожая врагов. Урса у Антона и у женщины в возрасте, стати и воинскому умению которой позавидовали бы многие мужи. Это были отражения всех носителей родовых мечей. Призраки Галактионовых вступили сейчас на защиту своего потомка, своей крови… То есть, меня…

Я хотел было броситься к ним на помощь, но кое-что усмотрел в их формации, и на губах у меня появилась недобрая улыбка. Я взглянул на Неназываемого.

— Зря ты до этого довел, мудила, очень зря!

Тёмный бог непонимающе посмотрел на меня, но тут Алёна первой пробилась сквозь призраков, и незримой тенью метнулась к богу. Он отмахнулся от призрачной девы, как от надоедливой букашки, вот только призрак буквально нырнул внутрь бога.

И тёмный бог заревел. Неистово заревел от боли!!!

Призраки Галактионовых, один за другим, следовали за своей боевой подругой и родичем, и от слияния с очередным призраком Неназываемый орал еще сильнее.

Последним остался Антон. Внезапно он обернулся ко мне. На его суровом лице появилась легкая улыбка. Он отсалютовал мне мечом и я повторил приветствие. После этого он также ворвался в тело Неназываемого.

Сказать, что я был удивлен, это ничего не сказать. Я понимал, что мечи непростые, но прямо сейчас я видел абсолютно секретное знание, что знали только мы, Охотники. Дело в том, что после нашей смерти, в нашем оружии оставался наш своеобразный «слепок» Души. Нет, к самой Душе он не имел никакого отношения. Это был просто еще один инструмент, который мы использовали для того, чтобы и после своей смерти служить Ордену и Кодексу.